О: Нет. Он ничего не говорил.
В: Почему? Он молчал оттого, что вы его до бессознательного состояния избили? Именно поэтому он не мог ничего сказать о духах?
О: Нет, нет. В машине не было запаха духов.
В: Откуда такая уверенность? Миссис Хагстром никогда не сидела в вашей машине?
О: Нет. В смысле не знаю.
В: От нее пахло духами?
О: Я не по…
В: Вы не говорили Гарри о том, что она пахла как роза, когда вы ее в машину швырнули?
О: Я не швырял ее в…
В: А куда вы ее швырнули?
О: Я ее никуда не швырял.
В: Вы оставили ее в ее машине?
О: Да… НЕТ, НЕТ. Я ее даже не знаю. Я не знаю, о чем вы.
В: Гарри сел за руль ее машины, а вы поехали следом. Так?
О: НЕТ. НЕТ.
В: Вы знали о том, что она опознала вас по бейджу с вашим именем?
О: Не могла она. Я его сн… ТЫ ЛЖЕШЬ. Я ее НЕ ЗНАЮ. Я ее НИКОГДА В ЖИЗНИ НЕ ВИДЕЛ.
В: А как тогда, по-вашему, она опознала вас как одного из полицейских, которые напали на нее и изнасиловали?
О: Ты лжешь.
В: Лабораторный анализ докажет, что вы…
СВИДЕТЕЛЬ: (Бросается со своего места на подсудимого и пытается схватить его за горло.) ЗАТКНИСЬ. ЗАТКНИСЬ. Я ТЕБЯ УБЬЮ. УБЬЮ. УБЬЮ!
Свидетеля под конвоем офицеров выводят из зала суда.
ПОДСУДИМЫЙ: Ваша честь, я предлагаю выйти в кабинет для приватного разговора, и я объясню, что именно произошло.
Пришло время для выступления на публике. Безусловно, для этого нужна была избранная аудитория. Нужны были те зрители, с которыми его животные были знакомы. Иногда даже такие прекрасно обученные животные, как его питомцы, могли немного теряться в присутствии незнакомых людей, а ему не хотелось, чтобы его песики нервничали. Ему хотелось, чтобы они выступили идеально. Они докажут, что он величайший кинолог в мире. Разумеется, они будут чувствовать себя более свободно в присутствии своих семей, а не перед незнакомыми людьми. Идеальные зрители – это их родители, жены и дети. Их родители и бабушки с дедушками будут ими гордиться. Мой сын – пёс.
У каждого ребенка должна быть собака… Да… Хахахаха… Посмотри, как трахается Шарик. Давай, Шарик, долби. Хахахахахаха… Лучший друг человека.
Он удостоверился в том, что его собачий питомник хорошо освещен. Он должен был быть точно уверен в том, что каждое движение, каждое сокращение мышц, подрагивание ноздрей или век отчетливо видны каждому из присутствующих.
А напротив стены он разместил – построил – загоны таким образом, чтобы приглашенные гости могли видеть все происходящее, и они сами, в свою очередь, были хорошо видны псам.
Он было хотел произнести небольшой спич, что-то вроде предисловия ведущего циркового представления, но забраковал эту идею. Однако он объяснил аудитории предназначение проводов и продемонстрировал их работу, подергав несколько раз.
Когда вой поутих, он предупредил зрителей о том, что он будет дергать провода изо всех сил, если кто-то из них попытается помешать представлению.
Также он думал о некоем музыкальном сопровождении, но отмел эту мысль. Ничто не должно отвлекать от главной цели этого важного события. Все должно быть просто. Зрители на своих местах, с которых видна каждая мельчайшая подробность выступления. Помещение ярко освещено, в нем царит безмолвие.
Псы, привязанные проводами, сидят напряженно в углу и ждут.
Зрители, застыв, тоже ждут на своих местах.
Он, довольный, стоит, прислонившись к стене.
Он не специально откладывал начало представления, не ради того, чтобы усилить давление медленно текущего времени на псов и зрителей, а ради наслаждения ожиданием. Когда, наконец, он достиг той точки, в которой ожидание переходило в действие, он дернул за провода.
Его собаки трусцой побежали к центру, продолжая смотреть на него. Он потянул за провода. Забыли, что вам всегда надо держаться лицом к зрителям? Они послушно повернулись в сторону зрителей. Взгляды псов и зрителей встретились. Он с умилением созерцал эту сцену несколько минут, позволяя остальным также как следует насладиться встречей. Затем, снова дернув за провода, он начал шоу.
Давай, Шарик, проси. Встань и проси. Они быстро повиновались, встав на задние лапы, протянув подобающим образом передние, уставившись в лица зрителей. Хорошие песики. Ловите. Он бросил каждой собаке по лакомству, а они ловко поймали их ртами и с хрустом умяли. Он улыбнулся зрителям. Прекрасные собаки, не правда ли? Я очень ими горжусь. А теперь покажите, как вы умеете разговаривать. Вот молодцы. Теперь полайте. Очень хорошо. Теперь воем. Разве это не потрясающе? Очень хорошо. Теперь скулим. Нет, нет. Вы можете гораздо лучше. Давайте. Так, чтобы мне не было стыдно перед гостями. Скулите. Громче. Он дергает за провода, наблюдая за каменеющими в ужасе и неверии лицам зрителей. Вот теперь хорошо. Очень хорошо.