— Звучит, как очень много личного геморроя. — поморщился Голдштейн. — А в чем плюсы?
— Ну, помимо того, что ты староста и тебя все уважают… — насмешливо протянул Уильям, потом выдохнул и продолжил более серьезно. — Много плюсов. Профессора идут на уступки, можно получить хорошие рекомендации перед выпуском для дальнейшей учебы или работы в Министерстве. Ну и Хогвартс покидать можно каждые выходные, если заполнить пару необходимых бланков.
— Хорошо звучит. — отозвался я, перелистывая страницу и размышляя над тем, что покидая Хогвартс я смогу больше сделать для поиска крестражей. Да и помогать матери с управлением менора тоже, отдыхать иногда от Хогвартса.
— Да что ты? — понимающе хмыкнул Уильям. — Только учтите, что ради таких привилегий придётся работать. Много работать. То, что вы стали старостами сейчас, совсем не означает, что вас назначат на следующий год.
— А если я, например, хочу стать старостой школы? Здравствуйте. — поздоровался Лонгботтом, смущенно улыбнувшись. За лето он стал выше меня на две головы и раздался в плечах. Коротко стриженные волосы подчеркивали изменившееся, ощутимо повзрослевшее лицо. В левой руке Лонгботтом бережно нёс какой-то серый кактус, который слегка пульсировал, переливаясь разными цветами.
— Могу только сказать, что хотеть не вредно. — со смешком заметил Уильям. — Но этого будет недостаточно. Как минимум, у старосты школы не должно быть ни одного Удовлетворительно, начиная с пятого курса и никаких серьезных взысканий. Да и несерьезных тоже нежелательно. Как тебя зовут, новобранец?
— Лонгботтом Невилл, 5 курс. — улыбнулся гриффиндорец. — Спасибо за совет, я учту.
— Учти, учти, Лонгботтом Невилл. — важно покивал головой Уильям, в его темных глазах отчетливо плясали смешинки. — Может, будет кому меня сместить, когда я отойду от дел. «Старость-то», знаете ли. — тоном заговорщика добавил он, над шуткой не выдержали и засмеялись все.
Панси пришла вместе с Падмой Патил. Со стороны хаффлпафцев старостами стали Ханна Аббот и Эрни Макмиллан. Последней в купе старост торопливо влетела Грейнджер, на бегу извиняясь за опоздание. После этого началось собрание. Панси села рядом на подлокотник моего кресла, внимательно слушая, пока Уильям объяснял иерархию и обязанности старост. В принципе вопросов по этому поводу не возникло ни у кого. Уильям обвёл нас всех взглядом и подытожил:
— Итак, господа старосты Хогвартса: за первокурсниками следить, нарушителей по коридорам ловить, запрещенные предметы изымать, колдовства в коридорах не допускать и тем, кто о помощи попросит, помогать. Вопросы?
— А баллы? — уточнила Грейнджер, почему-то при этом покосившись на меня. Панси украдкой сжала ладонью моё плечо.
— Что «баллы»? — бесконечно-вежливым тоном переспросил Уильям. — Будьте поточнее в формулировках, мисс Грейнджер.
— Ну, имеют ли старосты право снимать баллы с факультета? И если имеют, то сколько? Как назначаются отработки? Как это контролировать? — Грейнджер так выразительно при этом смотрела в мою сторону, что было достаточно сложно сохранять равнодушный вид. Вообще ситуация получилась максимально неловкая. Она думает, мне больше делать нечего, кроме как снимать баллы и назначать отработки гриффиндорцам? Какой в этом смысл? Ради кубка? Так Слизерин и без того выигрывает его чаще остальных, не считая последних нескольких лет с появлением Поттера в школе.
— Всё придумано до нас, мисс Грейнджер. — заулыбался Уильям, будто и не заметив происходящего. — Поэтому не беспокойтесь, контролировать ничего не нужно. Старосты факультетов и старосты школы не имеют права снимать баллы. Ни с чужих факультетов, ни с собственного. Взыскания назначаются только с одобрения деканов, ваша задача поддерживать порядок и информировать старших по званию. Всё ясно?
— Да, спасибо. — смутилась Грейнджер и прекратила, наконец, буравить меня взглядом.
— Вот и славно. — отреагировал Уильям. — Что ж, можете пока заняться своими делами. Как только вы мне понадобитесь, ваши значки нагреются и дадут об этом знать. Наслаждайтесь и возвращайтесь к обеденной трапезе.