Снейп молча подошел к столу и аккуратно поставил в самый центр довольно громоздкую шкатулку, тут же отойдя на несколько шагов. Дамблдор откинул крышку и сделал приглашающий жест рукой. Когда я заглянул внутрь, то даже был несколько разочарован.
— Медальон. — заключил я, тут же узнав вещь, которую мы когда-то нашли дома во время уборки.
— Это не просто медальон, Поттер, подумайте головой! — раздражённо вмешался Снейп.
— В нём часть души Реддла, как в дневнике, насколько я понимаю? — выпрямился я, проигнорировав Снейпа. Мне не хотелось сводить пребывание в этом кабинете к спорам. И без того всё идёт максимально не по плану!
— Не только. — мягко заметил Дамблдор и предложил. — Присмотрись повнимательнее, что ты видишь?
— Змею. — ответил я, вторично скользнув взглядом по медальону. — То есть, вы хотите сказать…
— Видишь ли, Гарри… — загадочным тоном проговорил Дамблдор. — Хотя мы и нашли медальон достаточно давно, но до сих пор так и не смогли его уничтожить. В отличие от дневника и чаши на нем наложена такая сильная защита, что даже находится рядом слишком долго — значит, попасть под его влияние.
— Что-то вроде внушения? — переспросил я, нахмурившись.
— Можно сказать и так. — согласился Дамблдор. — Побороть это влияние очень сложно, нужна серьёзная сила воли и не менее впечатляющие знания по окклюменции. Как, кстати говоря, продвигаются твои занятия, мой мальчик?
— Постепенно. — пожал плечами я. Снейп скептически фыркнул, но мне пока удавалось его игнорировать. — Так значит этот медальон принадлежал не только Воландеморту, но и Салазару Слизерину?
— Вернее будет сказать, что его создал Салазар Слизерин, Поттер. — вмешался Снейп. — Хотя Тёмный лорд вполне мог считать его своим по праву наследования. Что уже означает, что на медальоне достаточно серьёзная защита. Возможно, самая сильная из всех существующих сегодня.
— Тогда как нам быть? — нахмурился я.
— Именно здесь мы подбираемся к настоящей причине твоего присутствия. — улыбнулся Дамблдор. — Как ты знаешь, символ факультета Слизерин — змея. И точно такая же змея изображена на медальоне. Исходя из этого я предположил…
— Что обойти защиту под силу только змееусту. — закончил я. Дамблдор просиял улыбкой и кивнул. — Мне нужно открыть его?
— Да, Поттер. Вам придётся его открыть. — подтвердил Снейп, скрестив руки на груди. — Закрытому медальону не страшны ни чары, ни зелья. От этого его влияние только возрастает, так что нам нужно сделать всё максимально быстро.
— Тогда стоит подготовить клык или… — я осёкся, когда Дамблдор проворным движением снял с полки Распределяющую Шляпу. — Вы думаете, подействует? Меч, конечно, помог мне убить василиска, но всё-таки.
— Я уверен, что мои догадки справедливы. — спокойно ответил Дамблдор. — В тот день, когда ты проткнул василиска этим мечом, лезвие пропиталось очень сильным ядом. А сам артефакт наполнился древней и могущественной магией. Рискну предположить, что теперь этот меч — самое сильное оружие в замке. — с этими словами Дамблдор протянул мне Шляпу.
Ощущение холодной рукояти в ладони невольно взбудоражило воспоминания. Странно… Кажется, раньше меч был гораздо тяжелее. Впрочем, сейчас я бы не стал до конца доверять своим воспоминаниям о Тайной комнате. Спасибо и на том, что тот жуткий день перестал наконец-то мне сниться в кошмарах. Лезвие меча блеснуло в свете свечей. Я с трудом отвёл от него взгляд, внимательнее всматриваясь в медальон.
Змеиный язык — довольно странная вещь. С одной стороны, в отличие от других языков я не мог просто взять и перевести на него любую понравившуюся мне фразу или заклинание. И при этом в нужный момент умение говорить на нём включалось будто само собой. Я даже не замечаю, что начинаю говорить на другом языке. Для меня всё звучит, как обычно. Шипеть в итоге у меня выходит не сложнее, чем дышать. Так произошло и сейчас. Я произнёс команду, медальон слегка блеснул в неровном свете свечей и пронзительно щелкнул. Снейп за моей спиной сделал несколько шагов назад, Дамблдор наоборот как будто застыл памятником самому себе.
Ситуация была очень похожа на ту, что произошла в Тайной комнате, когда миссис Малфой уничтожала чашу. Время для меня как будто замедлилось, и на какую-то долю секунды накатил дикий ужас вместе с ощущением чего-то жутко неестественного, неправильного. Внезапно крышка медальона откинулась в сторону, наружу вырвался огромный, тёмный силуэт, начав принимать очертания. Мои руки невольно задрожали.