Нет, Драко Малфой сделал всё безукоризненно и даже во благо тех, кто находится с ним в далеко не дружеских отношениях. Но не только Драко Малфой отлично знал чары, зелья и умел анализировать обстановку. А уж раздобыть компрометирующие пергаменты с лозунгами и сомнительными программами с помощью магии и вовсе не составляло труда.
Гермиона Грейнджер возомнила себя реформатором и подпольным революционером… Смешно. В Министерстве таких «деятелей» всё равно, что пауков по тёмным углам старого чулана. Прихлопнуть которых при случае не составит никакого труда. А можно позволить плести свою паутину, время от времени подкидывая мух. И держать руку «на пульсе», наблюдая за результатами этой возни.
При желании Долорес могла бы полностью уничтожить карьерные перспективы всех этих «революционеров» прямо со школьной скамьи. Но зачем? Врагов гораздо проще контролировать, когда они уверены в своём превосходстве. Да и мистер Малфой очень старался прикрыть всю эту историю и её участников, пусть Долорес так и не разгадала до конца, как он это сделал и ради чего. Но она уже давно выучила правила этой игры. Со временем всё тайное становится явным.
А сейчас… Сейчас ей просто захотелось щелкнуть наглую девочку по носу. В качестве последнего предупреждения. Если она не дура, то поймёт, что с врагом такого калибра, как Долорес, лучше не связываться. И судя по моментально побледневшему лицу, Грейнджер всё-таки уловила сказанное между строк.
— Представления не имею, что это значит. — фыркнула Макгонагалл, бросив на Долорес раздражённый взгляд. — В любом случае идите, мисс Грейнджер, нам нужно опросить ещё нескольких учеников.
— Да, профессор. — быстро обронила Грейнджер и буквально пулей вылетела из аудитории.
— У меня не хватает фрагментов. — вполголоса обронил Корнелиус, пока Макгонагалл опрашивала Невилла Лонгботтома.
— Соберём паззл чуть позже, в более подходящий момент. — пообещала Долорес и сделала глоток чая. Суббота однозначно удалась!
Белый том. 73. Новый поворот
После разговора с Сириусом я почувствовал себя ещё более подавленным, если это вообще возможно. Но с другой стороны, может, дело действительно в том, что я слишком устал? Вот и воспринимаю многие вещи острее, чем следовало бы. Интересно, а Драко пытался поговорить с ним? Наверное, да…
Как только я оказался перед портретом Полной дамы и пробормотал пароль, моим единственным желанием было добраться до постели, рухнуть на неё и не вставать, как минимум, несколько веков. Но стоило пересечь порог гостиной, как всю вялость и сонливость как ветром сдуло! Впервые на моей памяти в гостиной происходило что-то… Жуткое.
Анджелина, Дин Томас, Симус Финниган, Ли Джордан и, кажется, кто-то ещё бросались проклятьями в Гермиону и Рона! Моим друзьям обороняться помогал Невилл вместе с несколькими старшекурсниками. Как ни удивительно даже Маклагген яростно защищал Гермиону, посылая проклятья в нападающих. Была и часть учеников, которые предпочли укрыться за мебелью и остаться в роли зрителей. Вот одно из проклятий отскочило, и я едва успел прикрыть сжавшихся в углу младшекурсников щитом. Решение пришло в голову как будто само собой.
Обведя широкой дугой гостиную я буквально разделил её на две части огромной от пола до потолка прозрачной стеной. Лучи заклинаний налетели на эту стену радужными вспышками и тут же бесследно растаяли. На лицах многих я прочёл явное недоумение, которое усилилось ещё больше, стоило им увидеть меня на пороге гостиной.
— Акцио! — скомандовал я, сосредоточившись. Палочки участников дуэли беспрепятственно влетели мне в левую руку. В полной ошеломления тишине я прошёл вглубь гостиной, со стуком положил палочки на ближайший журнальный столик и рухнул в кресло рядом. — Так. А теперь объясните мне, какого чёрта здесь происходит?! Предупреждаю, первого же, кто рискнет шевельнуться, приложу Петрификусом и оставлю так до завтрашнего дня.
— Спасибо, Гарри. — очнулся первым Невилл, глубоко вздохнув. — Честно говоря, я не знаю. Я вернулся в гостиную и вдруг увидел, что Анджелина пытается убить Гермиону… Пришлось вмешаться, а дальше… — Невилл наморщил лоб и вздохнул. — Дальше начался бардак. А потом вдруг ты оказался здесь.