Мельком бросив взгляд на доску, я начал подготавливать компоненты. Почему-то сегодня у меня совершенно нет никакого настроения. И не то чтобы я сильно переживал за Грейнджер или Поттера. Просто странное чувство. Как нарастающая тревога, когда прямо к твоему затылку приближается бладжер, вот примерно так я себя ощущаю.
Крестный, к слову, тоже пребывает в отвратном расположении духа. И его откровенно злой взгляд все чаще останавливается на Поттере. Мерлин, теперь-то что случилось?
Грейнджер совершила огромную ошибку под партой листая журнал. И так увлеклась своим праведным возмущением, что не заметила, как крестный остановился точно позади нее и Поттера.
— Я так полагаю, личные дела мисс Грейнджер настолько важны, что она сочла возможным заниматься ими даже во время урока? — по классу прокатились смешки. Я вздохнул. Не трудно догадаться, что сейчас произойдет.
И действительно, крестный начал читать статью. Громко, с выражением, используя все возможности своего голоса. А когда закончил, то резким движением смял журнал в кулаке. Смех смолк.
— Что ж, чтобы вы отвлеклись от своей личной драмы, Поттер, стоит вас разделить. Поэтому вы сейчас берете свои вещи и садитесь за первую парту прямо передо мной. Мисс Грейнджер остается здесь. Все ясно? Марш! — рявкнул декан, да так, что вздрогнули все, кто сидел поблизости.
Поттер сдернул свой рюкзак с места, так сильно, что тот слегка треснул по шву у самой молнии. Мрачно сверкнув глазами, он сел прямо перед преподавательским столом. Крестный окинул взглядом класс, все тут же принялись готовить основу под зелье. Я, не поднимая головы, следил за Поттером. И что-то мне все это нравится ещё меньше, чем в начале урока. Вот крестный что-то говорит Поттеру, тот вздрагивает и огрызается сквозь зубы. Я чуть не просыпал толченные зубы мимо котла, благо Гойл вовремя поймал меня за запястье. Но разобрать ничего всё равно не удалось.
Но на этом странности этого урока не закончились. Когда класс заволокло паром от кипящих в котлах зелий, внезапно в дверь постучали. Многие от работы отвлеклись, что естественно. И очень удивились, увидев вошедшего директора Дурмстранга. Тот что-то взволнованно говорил крестному, тот раздраженно хмурился. Поттер, судя по виду, тоже навострил уши. Но тут из котла Блейза, что сидел передо мной, повалил едкий желтый дым, за которым что-то увидеть вообще стало невозможно. Да и услышать тоже. Шипение и ругательства в классе перекрыли все остальное.
Блейз по мере своих сил исправил зелье, дым рассеялся клубами под потолок, но ни Каркаров, ни крестный ни о чем больше не говорили. Даже Поттер стоял и хмурился на содержимое своего котла. Я вздохнул и тоже вернулся к работе. Не то чтобы мне было дело до чужих тайн. Но я из рук вон паршиво себя чувствую. И буквально всем нутром чую, что виной тому окружающие меня события. Но подслушать больше ничего не удалось. Я подписал образец, сдал его на преподавательский стол и оставил Гойла делать уборку на нашем «рабочем» месте. У меня осталось десять минут до урока рун, не стоит опаздывать. И всё-таки, что происходит, Мерлин побери?
***
К походу в Хогсмид на выходных моё настроение не улучшилось. Но на встречу с Поттером я всё-таки решил пойти. Тогда в библиотеке он был слишком серьезен для пустяка. Да ещё этот вопрос про несправедливо осужденного волшебника. Навскидку мне вспоминается только одно конкретное имя, но я подожду, оправдаются ли мои предположения.
— Крэбб, Гойл обеспечьте мне уединение сегодня. — обратился я к друзьям. Нотт как раз вышел из спальни, а Забини уже проигрывал четвертую партию в шахматы старосте, я их видел, когда поднимался сюда. Так что подслушать нас было некому.
— Даже от Паркинсон? — осведомился Крэбб.
— Да, даже от неё. Я бы взял вас с собой, но дело слишком личное. Пока что так надо.
— Ну надо, значит надо — хмыкнул Гойл — Личные дела лучше решать обстоятельно. Сколько будешь отсутствовать?
— Не знаю. Может быть, больше часа. — ответил я, проверяя содержимое карманов. Вроде бы, ничего не забыл, даже платок при мне.
— Ясно, время мы тебе обеспечим. — резюмировал Гойл.