— Нет! — крикнул Слизнорт, отступая. — Вы ведь всё слышали. Я должен закончить и понять. Если мальчик действительно…
— Мне плевать, чего вы хотите. На ваше чувство вины, прошлое и идиотские страхи. Я не позволю навредить своей родне, хотя бы и дальней. — оборвала его Беллатриса и сделала несколько шагов вперёд. — Дайте антидот. Больше повторять не буду.
— Мне очень жаль. — покачал головой Слизнорт, опустив руки вдоль туловища.
Беллатриса нахмурилась. В следующую секунду распахнула глаза и попыталась шарахнуться в сторону. Дура! Все эти годы не замечать такую явную деталь. Гораций Слизнорт не отбрасывал тени.
Теперь размышлять было некогда. Слизнорт всё крепче сжимал ладони на ее горле. Беллатриса хрипела, пытаясь поднять палочку. Внезапно откуда-то слева сверкнула вспышка.
Беллатриса, лежа на земле, судорожно дышала. Осторожно приподнялась. Слизнорт шипел и извивался в серебряной сети, демонстрируя клыки.
— Хогвартс и впрямь удивительное место — тихо констатировал Геллерт. — Великан, акромантулы, теперь вот упырь… Оборотень случайно не забежит на огонёк?
— Было. На третьем курсе. — слабым голосом отчитался Гарри и попытался встать. Тут же свалившись на землю.
— Антидот! — вспомнила Беллатриса, живо вскакивая на ноги. Взмахнула палочкой, взяла флакончик и оказалась рядом с Гарри, поднеся к его губам.
— Забавно. — пробормотал Геллерт.
— Белла… — позвал Гарри, как только она убрала флакон.
— Что?
— Мы можем как-то… Не убивать его? — с жалостью покосился он на съежившегося под цепью Слизнорта. Беллатриса закатила глаза.
— Это упырь, юноша. Вы осознаёте, о чём просите? — цокнул языком Геллерт, не теряя бдительности.
— Ну и что? Он просто ошибся! — горячо возразил Гарри, к которому вернулись силы.
— И чуть вас не убил. — хладнокровно напомнил Геллерт.
— Мне не впервые. — отмахнулся от него Гарри и повернулся к Беллатрисе. — Белла, пожалуйста! Мы ведь можем что-то сделать! Применить легиллименцию. Ты знаешь, как! Я точно знаю!
— А если не сработает? — скептически уточнила Беллатриса.
— Но мы должны попробовать! Белла. Прошу тебя. Иначе я ничем не буду отличаться от Воландеморта!
Геллерт от услышанного хмыкнул и выразительно посмотрел на Беллатрису.
— Решайте. Я смогу его сдержать столько, сколько нужно.
Беллатриса вздохнула и встала на ноги. Гарри тоже поднялся.
— Имей ввиду, с последствиями будешь справляться сам. — строго сказала она. — Я не намерена вечно вытаскивать тебя из задницы.
— Спасибо! — воскликнул Гарри и от радости крепко обнял её, повиснув на шее. Беллатриса окончательно смутилась, осторожно погладила его по затылку. Наверняка теперь она точно покраснела. Да и Геллерт как-то странно на неё смотрел.
— Давай затыкай свой фонтан необузданной радости. — проворчала она, отстранившись. — Ты ведь не полагаешь, что я позволю спихнуть на себя всю грязную работу? Заодно и научишься. Но это в последний раз.
— Хорошо! — счастливо согласился Гарри. — Только нам нужно алиби… Наберем яда акромантулов?
— Честное слово, для Тёмного мага у вас слишком уж странный характер. — заметил Геллерт. Беллатриса только вторично закатила глаза. Характер как характер… Довольно типичный для того, в ком плещется кровь Блэков. Пусть и хотя бы на треть.
Возились они порядочно, но дело спорилось. Когда закончили, в лесу уже стемнело. Гораций Слизнорт мирно спал, приняв свой обычный вид, шесть пустых склянок были заполнены мутновато-бледным ядом, смутно напоминающем молоко. Геллерт сидел на корточках чуть поодаль и с азартом алхимика потрошил паука в поисках только ему интересных частей. Гарри затих, но без конца ёрзал и шумно вздыхал.
— Говори уже. — милостиво разрешила Беллатриса.
— Я заклятье доделал. Ну, то которое мы начали.
— Да? Наконец-то. Оно ведь было не очень сложное. — хмыкнула Беллатриса, Гарри смутился и замолчал. — Перестань. Ты хорошо справился. Можешь гордиться. Если перестанешь влезать во всякую хрень, может, ещё и проживёшь достойно.
— Я не специально. Неприятности находят меня сами. — огрызнулся Гарри, снова сник. — Я ведь… Правильно понимаю, что мы не увидимся?