P.S. Видел твоё письмо в Пророке и Придире, ты молодец! Не опускай голову, и всё обязательно будет хорошо. Я буду с тобой рядом до самого конца и поддержу любое твоё решение. Дай знать, сможем ли мы встретиться, как можно скорее.
С любовью, Бродяга
***
В совятню я летел как на крыльях. Прямо сейчас у меня с плеч будто сбросили тяжелый груз, и часть сомнений, которая давила мне на душу, исчезла. Приятно знать, что у меня есть человек, который окажет мне безоговорочную поддержку. В ответном, коротком письме, я в первую очередь поблагодарил Сириуса. И напомнил ему об осторожности. Может, в этом Турнире меня и пытаются убить, но с другой стороны, при поимке Сириуса будет незамедлительно применён поцелуй дементора. Внутри всё сжалось от этой мысли, но меня отвлекла Хедвиг, с приветственным уханьем приземлившись на плечо.
— Привет, девочка — на сей раз я улыбнулся вполне искренне, привязывая к её лапке запечатанное письмо. — Отнеси это Сириусу, и будь осторожна, ладно?
Сова ухнула, слегка ущипнула меня за ухо и быстро вылетела в открытое окно. Я наблюдал за своей пернатой подругой, пока она не стала далекой точкой в небе. Что ж… Нужно сделать домашнее задание по Защите. И заодно поискать какие-нибудь отталкивающие нежелательных посетителей чары в библиотеке. Может, спросить Малфоя?
Но вскоре жизнь наглядно показала мне, что реализовать мои замыслы будет не так легко, как хотелось бы. Всю прошлую неделю я мучился от одиночества, а теперь меня буквально не оставляли в покое. Вдобавок и Гермиона как будто стремилась наверстать упущенное и теперь не упускала случая поговорить со мной о чем угодно. Даже о какой-нибудь мелочи. Я старался вести себя как обычно, но правда в том, что «обычно» у меня уже не получается. Я с трудом сдерживаю иногда сарказм и язвительность, потому что не хочу её обидеть.
С другой стороны, какое-то внутреннее, противоречивое чувство мешает говорить мне с ней открыто даже о тех же Чарах и Трансфигурации. Я как-то неосмотрительно заметил, что нет разницы, насколько серьезно ты заучиваешь теорию. Заклятье в любом случае получится, если достаточно долго практиковаться. То, что Гермиона взорвалась лекцией буквально на час, меня обескуражило. Я потерял нить спора где-то минут через пятнадцать, потом просто решив поддакивать в нужных местах. Гермиона, кажется, этого даже не заметила. Когда она закончила говорить, я облегченно перевел дух. Невилл украдкой сочувственно мне улыбнулся.
За всем этим у меня никак не получалось поговорить с Малфоем. Я постоянно был чем-то или кем-то занят. Это уже начинало нервировать, но на гербологии Малфой подошел ко мне сам. Сказал бы мне кто раньше, что я буду так рад перекинуться с ним несколькими словами, я бы никогда не поверил.
— Я тебя услышал. — усмехнулся слизеринец и небрежным взмахом руки отменил чары. Кажется, и ему после нашего разговора стало почему-то легче. И ещё я только сейчас заметил, насколько высок его уровень молчаливого взаимопонимания с Крэббом и Гойлом. Этим троим даже слова особенно не нужны, чтобы взаимодействовать друг с другом. И кажется, я этому немного завидую.
Белый том. 21. Посмотреть со стороны
— Я тебя слушаю. — поторопил её я, когда молчание начало затягиваться. Малфой, видимо, и не думает уже возвращаться, судя по тому, что он забрал свой рюкзак.
— Гарри, я понимаю, что мы поступили плохо — осторожно начинает Гермиона. И чем-то мне заранее не нравится начало этого разговора. — Но теперь всё почти по-прежнему.
— То есть? — не понял я.
— Ты можешь больше не общаться с Малфоем. — пояснила Гермиона.
Мне захотелось то ли засмеяться, то ли хлопнуть себя по лбу… Или наложить на подругу Энервейт, чтобы она очнулась. Как одно связано с другим? Не услышав с моей стороны возражений, Гермиона решила продолжить развивать мысль.
— Это же Малфой! О чем тебе с ним говорить? Кроме того, я очень сомневаюсь, что он изменился. А у тебя в жизни и так хватает неприятностей.
— Это верно — медленно согласился я. Гермиона улыбнулась, а я размышлял, как бы выразить свои мысли помягче, чтобы снова не возникло глупой ссоры. — В моей жизни действительно хватает неприятностей. Поэтому я не буду отказываться, когда мне стараются по-человечески помочь. Извини, Гермиона, но даже то, что мы друзья, не даёт тебе никакого права мной командовать.