— Я не возражаю — медленно протянул Крам. — Но директор Каркаров точно будет против. Мы сможем организовать всё тайно?
— Да, если знать будем только мы трое — вздохнул я, вопросительно посмотрев на Гермиону. — Думаю, ты понимаешь, почему Рона здесь нет?
— Да. — вздохнула она, отведя взгляд от Крама и покраснев — Рон бы точно закатил скандал. Он считает, что ты желаешь Гарри зла, а со мной общаешься, чтобы побольше выведать о Турнире.
— Какая чушь — нахмурился Крам — Может, мне всё ему объяснить?
— Не надо! — одновременно сказали мы с Гермионой и переглянулись. Я вздохнул — Давайте лучше посмотрим книги о лабиринте. Вряд ли это просто магические растения, нам нужно знать, чего ожидать.
— Я найду книги — вызвалась Гермиона. Мы сидели за самым дальним столиком буквально между книжными полками. Я выбрал библиотеку как самое подходящее и нейтральное место для встречи. К тому же, мне нужно было переговорить с Крамом.
— Послушай, а это правда, что в Дурмстранге преподают темные искусства?
— Не только их, но это один из обязательных предметов. А что? — слегка нахмурился Крам. Я оглянулся, чтобы убедиться, что Гермиона еще не вернулась.
— Я подозреваю, что на одного моего друга наложили Империо. Можно это как-то проверить? — понизил голос я.
— Это не пятиминутный разговор. Существуют чары, которые могут оборвать заклятье, но при этом есть риск, что человек, подвергшийся ему, сойдет с ума. — тихо и серьезно проговорил Крам.
— И что мне с этим делать? — нахмурился я. — Нельзя же оставлять всё, как есть.
— Ты уверен, что он под заклинанием? — испытующе уточнил Крам.
— Это не только мои подозрения. — отозвался я. — Его близкие друзья тоже заметили, что что-то не так.
— Обсудим это чуть позже. — серьезно кивнул Крам и улыбнулся уголком губ вернувшейся Гермионе.
За просмотром книг время пролетело незаметно, хотя меня в который раз посещает чувство, что скоро я начитаюсь на всю оставшуюся жизнь. Вечером ещё нужно написать письмо Сириусу… Но перед этим я однозначно зайду к Дамблдору.
Белый том. 26. Кусочек памяти
Вблизи корабль Дурмстранга казался просто огромным. Я с сомнением оглянулся назад. Но большая часть учеников была в замке, так что на нас никто не обращал внимание. Даже других дурмстранговцев видно не было. Виктор, в отличие от меня, нервозности не испытывал. Он спокойно поднялся по трапу на палубу и выжидающе обернулся:
— Директор отлучился. И его не будет до вечера. Так что волноваться не о чем. — проговорил Виктор, немного нахмурившись.
— А остальные ничего не скажут? — уточнил я, поднимаясь по трапу. Тот как-то странно скрипнул под моим весом, так что пришлось немного ускорить шаг.
— Не скажут. У нас уважают право частной жизни. — отозвался Виктор, приглашающе махнув рукой. Мы спустились вниз по какой-то лестнице и оказались в узком коридоре. На стенах под самым потолком висели небольшие лампы. Двери были пронумерованы, сразу под номером значилось имя владельца каюты. Виктор открыл дверь и пропустил меня вперед.
— Располагайся. Можешь не разуваться.
Каюта изнутри оказалась гораздо просторнее, чем казалась снаружи. Я уже видел такое на чемпионате мира и все равно был поражен. Огромное пространство было поделено на секции. Мы прошли в ту, которая была предназначена для гостиной. Большой мягкий диван, кресла, круглый журнальный столик и книжные шкафы до самого потолка. Виктор, похоже, действительно любил читать. Один из стеллажей был предназначен для кубков и медалей. Для полноты картины не хватало только камина, и я бы уже поверил, что нахожусь в самом настоящем доме.
— У тебя очень уютно — выразил свои мысли я, опустившись в предложенное кресло. — Это у каждого так? Столько места.
— Ну, такую каюту нужно заслужить. В Дурмстранге строгие правила и своя система поощрений — хмыкнул Виктор, но почти сразу посерьезнел — Ты хотел поговорить об Империусе.
— Да. — нахмурился я. — У меня… В общем, один человек попал в беду. И я не знаю, как ему помочь. А в нашей библиотеке информации никакой толком нет. Даже в Запретной секции.
— Неудивительно — сухо сказал Виктор — О таком в книгах пишут мало. В общем-то, что ты вообще знаешь об этом заклинании?
— Что за него сажают в Азкабан — пожал я плечами, через какое-то время добавив — И ещё, что я могу его побороть.
— Правда? — кажется, Виктор посмотрел на меня немного другими глазами. — Это большая редкость. У тебя очень сильная воля. Понимаешь, специфика этого заклинания в том, что оно вызывает своего рода помутнение рассудка. Человек, находящийся под этим заклинанием достаточно долго, в результате может очень быстро потерять контроль над собой. Стать созависимым в каком-то смысле слова.