Я легко улыбнулась:
— Сочту это комплиментом.
— Сочтите. И вы верно поступили, что не пошли к принцу напрямую. Я решу этот вопрос, можете не сомневаться.
Он едва заметно склонил голову и хотел было уйти, но я остановила.
— Эймар, постойте. Моя встреча с принцем. Все в силе?
— Адриан не нарушает своих обещаний. Тем более, что у вас мало времени.
— Что вы имеет ввиду?
Делрих грустно улыбнулся и окинул взглядом зал за моей спиной.
— Послезавтра Адриан объявит об окончании отбора.
— Боги… — прошептала я, ощущая, как земля уходит из-под ног. Я знала, что так будет, знала, что это вот-вот произойдет. Ждала. Но слышать вот так просто и так точно как обыденную новость о том, что снова выпал снег.
— Мне жаль, — проговорил Делрих.
— Милорд Эймар!
Делрих обернулся. Я не сразу узнала подошедшего к нам мужчину, поскольку его лицо было скрыто капюшоном. Но подойдя, тот его сбросил.
— Что он тут делает? — вырвалось у меня.
— Ронан. В чем дело? Почему ты здесь? — нетерпеливо спросил граф. — Где Кармелия?
Маг подошел к нам совсем близко и тихо ответил:
— Кармелию освободили из-под стражи по указу короля.
— Почему я не в курсе? — в голосе Эймара звенела сталь.
— Это произошло не более двух часов назад.
— Но как так вышло? — спросила я.
— Не могу знать, миледи.
Я невольно коснулась рукой амулета. Нехорошее предчувствие заскреблось дикое кошкой и камень легонько начал жечь кожу. Кажется, от Ронана это не укрылось — он внимательно проследил за моим жестом.
— Кармелию решено было изгнать по приказу королевы Кетрин, — проговорил Эймар. — Ее дом очень важен для короны.
Видимо, король решил, что отправить девицу под охраной будет слишком. Нужно убедиться, что она убралась из столицы.
Мне стоило больших трудов дождаться, пока Аресса отправиться на разговор с Адрианом. Проследив за тем, как она вместе с мужем уходит вслед за графом Делрихом, я не стала дольше оставаться на ужине и отправилась в покои.
Комнаты встретили тишиной, были жарко натоплены и тускло освещены парой свечей. Служанки, как и ожидалось, ушли.
Я налила себе вина, зажгла еще несколько свечей и села у камина. Неизвестно, когда придет Адриан, но я буду ждать хоть до самого утра.
Сейчас мне вдруг показалось, что я впервые вижу эту комнату. Послезавтра я покину ее, даже не захватив вещей. От этого стало грустно. Я невольно коснулась медальона на шее и твердо решила вернуть его Арессе в день отъезда. Как бы то ни было, он берег меня все это время. Пусть теперь вернется к законной хозяйке.
Хорошо будет вернуться домой к весне. Пусть владения Роури и не так обширны как в былое время, но все же они прекрасны в это время года. Земли начал закладывать еще мой дед, когда дела стали совсем плохи. А после уже отец завершил это дело, продав их окончательно.
Мне всегда нравилось смотреть издали на нашу ветхую крепость. Когда она утопает в летней зелени, то кажется сказочной.
Застывшей и ожидающей чуда, которое преобразит ее от запустения и вернет к жизни. Жаль только, что чудо обычно так и не случается. Я не видела родных почти два года — они вероятно изменились. Отец наверное еще больше поседел, а матушка перешила очередное свое платье. Жив ли старый кудлатый пес, которого подкармливала кухарка? Он всегда был очень ласковым и как по часам приходил во время обеда и ужина.
Что ни говори, а я безумно скучаю по дому. По своей семье, по преданным слугам, которые, несмотря ни на что, оставались с нами все это время, по песням крестьян в сумерках, когда они возвращались с полевых работ, по флейте пастушонка, которую слышно из моего окна утром. Вот где твоя настоящая жизнь. Лис, вот где твое место.
За мыслями о доме я прикрыла глаза и задремала, не заметив скрипа двери. Принц вошел так тихо словно был ночным вором. Он был всего второй раз в моих покоях, а вел себя совершенно по-хозяйски, расположившись на диване напротив меня и наблюдая.
— Адриан, ты здесь? — спросила я, не без труда сбрасывая сон. Если бы не ощущение чужого взгляда, не проснулась бы.
— Ты испортила ковер, Лис, — он кивнул на бокал, который выпал из моей руки и остатки красной жидкости расплескались по темно-красному ворсу.
— Пусть. Это ведь не мой ковер.
— Верно, — на губах Адриана появилась знакомая усмешка. — Он мой. А ты его так бессовестно испортила.