Ной удовлетворенно кивнул.
— Ты знаешь, что это? — тихо спросила я.
— Да, — отозвался Ной сухо, не отрывая взгляда от Элоизы. — Это газ, который используется для размягчения определенных твердых материалов при их переработке. Только он так действует не на все вещества. Если его соединить с гипертопливом, будет взрыв. Еще селарин невозможно обнаружить обычными методами. Спустя несколько дней молекулы начинают распадаться, и тогда выявить его становится вовсе невозможно.
Он говорил резко, и я чувствовала нарастающую в нём злость. Ситуация ему явно не нравилась. “FireBoost” производит гипертопливо, от соединения с которым селарин становится взрывоопасным. Совадение? Не думаю.
— Откуда у тебя эта информация? — Ной снова вернул свое внимание Элоизе.
— Подслушала, — призналась она, с вызовом вскидывая подбородок. — И решила передать ее Софи.
Ее слова заставили меня крепко задуматься о происходящем. Компаньонки не поступают так, не передают подслушанную информацию у своего анжа. Если только не…
— Кто был там? — уточнил Ной, наклонившись ближе к ней. Похоже, нам с Ноем в голову пришла одна мысль, раз он задал такой вопрос. — С кем разговаривал твой анж?
Элоиза отвела взгляд.
— Я не могу сказать...
— Ты делаешь всё хуже, скрывая важные детали, — произнес Ной, в его голосе звучало едва сдерживаемое раздражение.
Он откинулся на спинку стула, выжидающе глядя на Элоизу. Один из его излюбленных приемов молчаливого давления - я видела не раз, как под его тяжелым взглядом ломались люди и выкладывали все, как на духу.
Впрочем, подобный трюк вряд ли был нов для Элоизы. Она не прогнулась.
— Я не стану называть имён, — настояла она. — Тебе придется мне поверить. Проверь место взрыва. Там найдёшь следы. Но только сейчас — молекулы селарина ещё свежие. Если медлить, их больше не будет.
Она посмотрела на Ноя своим жутковатым взглядом, словно пыталась загипнотизировать его, чтобы он поверил ее словам. Он пристально смотрел в ответ - пытался разглядеть на ее лице малейший намек на ложь. Через несколько долгих секунд Ной медленно кивнул.
— Хорошо, — согласился он, поднимаясь на ноги. — Мы посмотрим.
— Спасибо, — сказала я.
Я послала Элоизе извиняющийся взгляд, но она только устало качнула головой — ничего. Она знала, что с чужими анжами трудно разговаривать. Поэтому она хотела сказать обо всем мне, а не Ною. Но как получилось, так получилось.
Мы вышли из "Флейма" в полном молчании. Рука Ноя лежала на моей талии, его ладонь плотно прижималась к моей коже сквозь ткань пальто, словно если он отпустит меня хоть на секунду, он потонет в собственной ярости.
Когда мы сели в машину, Ной не отпускал моей руки, его пальцы легонько поглаживали мою ладонь. Только когда машина тронулась с места, он нарушил тишину.
— Как думаешь, можно ли верить словам Элоизы? — спросил он, и я уловила нотки сомнения в его голосе.
Я задумалась на мгновение. Элоиза не была тем человеком, который бросал слова на ветер. Она могла быть осторожной, но в её намерениях не было фальши.
— Не думаю, что она лжет, — ответила я, сжимая его руку в ответ. — Она хочет защитить своего анжа. Если бы подслушанное не касалось его безопасности, она бы промолчала. Но тут... — я замялась, подбирая слова. — Она выбрала поделиться с нами. Значит, в её глазах угроза слишком реальна.
Ной кивнул, соглашаясь со мной.
— Придётся ехать на производство и проверять, — неохотно признал он, устало потирая рукой лоб.
Я прекрасно понимала его состояние. Ной пытался справиться с возникшей проблемой из офиса, прилагал все усилия для этого, чтобы нам не пришлось никуда лететь, но обстоятельства складывались не лучшим образом.
— Конечно, — согласилась я. — Я поеду с тобой.
Ной замер, его большой палец, поглаживающий мою тыльную сторону ладони на мгновение перестал двигаться.
— Софи... Может, тебе не стоит ехать...
— Ной, — покачала головой я, мягко, но непреклонно, — посмотри на себя. Ты — комок нервов, а не анж. До трансформации рукой подать. Ты думаешь, будет разумно оставить меня здесь, а потом вызывать для твоего укрощения, когда ты покроешься перьями, явив себя в крылатом великолепии?
Он посмотрел на меня внимательно, словно взвешивал мои слова, затем медленно кивнул. Я видела, что ему не хотелось спорить, да и, если честно, у него не было на это сил.
— Ладно, — наконец ответил он, его голос был чуть мягче. — Поедем вместе.
Потом он широко и по-мальчишески улыбнулся, и я поняла, что напряжение его окончательно покинуло. Он посмотрел на меня блестящими глазами: