— Я вернусь как можно скорее, — сказал он, в последний раз посмотрев на меня через прозрачный купол шлема. Его приглушенный системой коммуникации голос казался почти незнакомым, но я все же различила в них родные нотки, от которых на душе потеплело.
Мы разошлись в коридоре. Ной вместе с Лоусоном направились в сторону закрытой зоны, а я пошла в противоположную сторону — в Центр управления, чтобы следить за путешествием Ноя через камеры. Моя работа - следить за тем, чтобы ненадежные сотрудники создавали ему как можно меньше препятствий на его пути. И я собиралась подойти к своим обязанностям со всей серьезностью.
Глава 14: Ной и его суперпозиция
Я почувствовала оторопь, когда я вошла в Центр управления. Он был огромен, полон людьми и различными приборами, о назначении которых мне оставалось только догадываться. От мигающих лампочек, гудения и бесконечного многоцветья у меня закружилась голова, но я заставила взять себя в руки — не время расслабляться, когда Ною предстоит столь опасное путешествие.
Мой взгляд прошелся по всему помещению в поисках знакомых лиц. Начальник станции — Виктор Столл, и Эмма Карсон, слегка растрепанная, но предельно сосредоточенная, нашлись не сразу. Они словно затерялись среди незнакомцев — за рядом бесконечных станций сидели операторы и аналитики, погружённые в свои экраны — и, когда я увидела их, испытала облегчение.
Карсон, стараясь выглядеть обходительной, с едва заметной улыбкой указала на кресло в углу:
— Возможно, вам будет удобнее присесть? Я позабочусь, чтобы принесли горячий чай.
Она явно стала свидетельницей моей растерянности, когда я только вошла, и теперь ожидала, что я послушно отойду в тень. Её попытки навязать свою волю вызвали во мне лишь раздражение, которое я едва сдержала.
— Спасибо, — сказала я, подчёркнуто вежливо, но с холодком, — но чай мне ни к чему. Что мне действительно нужно, так это прямой доступ к камерам и связь с Ноем.
Её лицо на миг застыло в замешательстве, словно она не ожидала сопротивления. Она решила, что я буду молча сидеть в сторонке? Это зря.
— Но... я думала, вам будет лучше отдохнуть... — пробормотала она, её взгляд метнулся к креслу, как будто оно могло помочь меня убедить. Кресло осталось безучастным к ее мольбам, а я только разозлилась сильнее.
— Нет, — я резко пресекла её попытки от меня избавиться. — Мне лучше знать, что происходит. Особенно с учётом того, что отчёты, которые мне прислали, поддельные. Я не собираюсь гонять чаи, пока всё может выйти из-под контроля.
Карсон постаралась скрыть свое разочарование, когда услышала стальные нотки в моем голосе, и предпочла отступить, здраво рассудив, что связываться со мной себе дороже.
— Хорошо... — неохотно согласилась она. — Я позабочусь, чтобы вам дали доступ к камерам.
Вскоре я оказалась счастливой обладательницей наушников с микрофоном и места перед огромным голографическим экраном, разбитым на несколько секторов. Один сектор отображал камеры, прикреплённые к скафандрам Ноя и Лоусона, другие показывали скучные коридоры станции. На экране мерцали синие и зелёные линии, обозначающие зоны, где не работала система воздуховода, а так же зоны с отключенной искусственной гравитацией.
После того, как нам подсунули фальшивые отчёты, я готовилась к любым неожиданностям: начиная от диверсий и заканчивая хитроумными ловушками, поэтому принесла с собой планшет с оригинальными планами станции. Если потребуется, я вмешаюсь и скорректирую действия Ноя, и пусть кто-нибудь осмелится мне помешать. Я не завидую тому смельчаку.
Когда я взглянула на план, сразу заметила расхождения. Карты на планшете так отличались от тех, которые висели перед моим носом, что это бросалось в глаза.
— Почему они разные? — недовольно осведомилась я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Что ещё они пытаются скрыть?
Карсон, нервно улыбнувшись, поспешила заверить меня, что на схеме показаны лишь те зоны, куда можно попасть пешком. Очевидно, она думала, что ее жалкого объяснения будет достаточно, чтобы я отступила. В любом другом случае, может, я бы и поверила, но персонал станции своими ошибками и попытками лжи исчерпал свой кредит доверия, и теперь единственный, кому я могла верить в этой комнате, была я сама.
— Полный план! И без отговорок.
Операторы заметно занервничали, переглядываясь между собой, но один из них всё-таки рискнул возразить. Доступ к закрытым зонам, мол, ограничен, и показывать их нет смысла. Словно у меня нет права знать, что там происходит. Но со мной такие трюки не проходят. Я немедля связалась с Ноем, кратко изложив ему ситуацию. Когда он понял, что мне пытаются помешать, его терпение лопнуло.