— О том самом, который был вызван аварией. Или вы думаете, что мы зря закрыли коридор и его обесточили? На это были веские причины!
Похоже, он решил, что лучшая защита — это нападение, и принялся наступать. И противника себе выбрал послабее. Я уверена, Ною он бы никогда не осмелился так ответить, а вот его компаньонке, хрупкой женщине, да еще и без анжа за спиной — вполне.
— А на подделку документов и введение нас в заблуждение у вас тоже были причины? — фыркнула я и, повернувшись к оператору, потребовала: — Покажите ваш маршрут.
Они неохотно вывели его на экран. Я четко видела — Ноя намеренно собирались водить кругами. Но зачем? Он же все равно достигнет нужного ему места. Или они надеялись, что он поплутает, ему надоест, и он вернется назад? Так это смешно. Ответа у меня не было, но тревога усиливалась.
— Завалы обширные, — продолжил Столл, уже не скрывая своего раздражения. — Мы предложили подождать и расчистить, но вы выбрали риск.
Тут вмешался Ной, быстро наведя порядок:
— Софи, веди ты меня. Если будет завал, вернусь.
Карсон, стоявшая рядом, бросилась возражать, и ее голос дрожал от волнения.
— Это очень опасно! Мадам Эрвинг не имеет специальных знаний! Вы рискуете всем!
— Зато ей я могу доверять, — припечатал Ной. — Еще возражения? Тогда заткнитесь и делайте свою работу!
Карсон прикусила губу, подавив ответ, а Столл бросил на меня долгий, тяжёлый взгляд. Оператор лишь вздохнул с облегчением — его участие в этой истории явно сокращалось. Я перевела взгляд на экраны.
Теперь я вела Ноя, и у меня не было права на ошибку. Ему обещали опасность впереди, завалы, а я бесстрашно направляла его вперед, надеясь, что моя интуиция права, и нет там ничего кроме очередной подделки, которую снова хотели нам скормить. Ной шёл осторожно с четким осознанием, что малейшая ошибка может стоить дорого, но все равно каждый его шаг отзывался у меня в груди тревожным эхом. Лоусон следовал за ним, тенью перемещаясь по металлическому полу.
— Теперь куда? — уточнил Ной.
На экране появилась развилка. Всего в нескольких метрах от нее находился тот самый коридор BP-17-36-11, к которому мы так долго шли.
— Налево, — уверено сказала я, сверившись с планом: и на экране, и на планшете — для верности. — Видишь завалы?
Камеры показывали чистый проход, но я не могла полагаться только на технику. К нее не было возможности показать всю картину целиком.
— Завалов нет, продолжаю движение, — доложился Ной, двигаясь вперёд.
Я посмотрела на начальника станции с торжеством.
— Вы еще настаиваете на том, чтобы мы вам доверяли? — осведомилась я, красноречиво приподняв бровь.
Столл попытался оправдаться, но только что тут скажешь, когда очередная их махинация на лицо.
— Возможно, мы ошиблись. Не хотели рисковать...
Ной хмыкнул, явно не веря ни одному его слову, а я метнула неприязненный взгляд в сторону начальника станции. Как же он меня раздражал! Словно был создан для того, чтобы выводить меня из себя своими скользкими отговорками, грубыми речами и высокомерными взглядами. И главное, я читала в его глазах неприязнь. И ко мне, и к Ною, словно мы не имеем права ему перечить.
— Я разберусь, — пообещал Ной, и если бы он сейчас был здесь, а не искал заброшенный коридор, его глаза бы зловеще сверкнули, и все бы прониклись его словами еще больше. — И в ошибках, и в намерениях — во всём.
На этой ноте Ной достиг в нужного коридора. Я тут же сообщила о его прибытии в нужное место, и с замиранием сердца наблюдала за появлением из сумки необычного устройства. Я не так была хороша в технике, поэтому понятия не имела, что за устройство вижу в руках у Ноя. Оно выглядело как небольшая коробка с вытянутой антенной, испускающей голубоватый свет.
— Ну-с, посмотрим, что покажет мой проявитель, — пробормотал Ной, направляя луч на стену, и на мгновение мир замер. Замерла я в ожидании результата, замерли операторы и аналитики, Столл и Карсон задержали дыхание. Центр управления погрузился в такую тишину, что было слышно только гудение приборов и редкое трещание помех по радиосвязи с Ноем, и все.
Я от волнения подалась ближе к экрану и увидела, как голубой свет, испускаемый проявителем, вдруг окрасился в яркий алый, стоило лучу прикоснуться к стене.
— Есть! Это селарин! - раздался торжествующий крик Ноя.
Моё сердце пропустило удар. Все-таки Элоиза была права — все было подстроено. Кто-то притащил селарин сюда, чтобы при взаимодействии с гипертопливом вызвать катастрофу, а затем спрятал на планах станции коридор, через который его подали, и закрыл коридор. И возможно, этот человек был все еще здесь. Или его подельник — ведь не зря же персонал станции так сопротивлялся любому нашему действию. Я почувствовала, как холодный страх окутал меня.