Ной вдруг извернулся в моих руках, повернувшись ко мне лицом. Он посмотрел на меня своими бездонными черными глазами и вдруг потерся головой о мое плечо, словно кошка. И тут же зашипел, обнажая зубы-лезвия.
— Ной, что такое? — только и успела спросить я.
Первой мыслью было, что Ной почуял что-то опасное. Но он аккуратно подцепил когтями ткань моего скафандра и буквально срезал его с меня.
— Только одежду не трогай. Я замерзну, — только и успела я сказать.
К моему удивлению, Ной послушался. Одежду, которая была под скафандром, он не тронул, только сделал пару новых дырок в свитере, но это не в счет. Затем он виновато попытался обернуть меня крыльями, словно боясь, что я замерзла. Мне пришлось оттолкнуть его, убеждая, что оставшейся одежды мне вполне достаточно, чтобы не мучиться от холода.
Он меня послушался, и я решила закрепить свой успех, попробовать привести его в чувство — заставить убрать крылья и когти, чтобы явить миру привычного Ноя. К тому же нам надо было обсудить сложившуюся ситуацию и решить, что делать дальше. Я начала мягко:
— Ной, ты слышишь меня?
Ной откликнулся, поднял голову и внимательно посмотрел на меня, прищурив глаза, мол, слушаю тебя, говори, что хотела.
— Ной, мне надо, чтобы ты вернулся в своё обычное состояние…
Ной фыркнул в ответ и наклонился ко мне. Я услышала, как с довольством он втянул мой запах, счастливо заворчав. Словно нюхал вкусное блюдо, к которому вот-вот приступит. Он обвил мою талию руками, аккуратно, но крепко — я не почувствовала и намека на когти. А потом наклонился и понюхал мою шею. Затянулся её запахом, словно бы теплым дыханием затуманил воздух вокруг нас, наполнив его странной, будоражащей тревогой. Я ощутила, как он проводит носом по коже, и по телу пробежали мурашки. Его прикосновения казались неуловимыми, но настойчивыми, словно он искал что-то важное, зарываясь носом в мягкую ткань свитера. Внезапно он нашёл мою ключицу, и прежде чем я успела понять, что происходит, почувствовала, как он укусил меня.
— Ай! — вырвалось у меня, когда его зубы прижались к коже. Не больно, но сам факт ошеломил меня. Ной никогда раньше так не делал, ни в трансформации, ни вне её. Это было столь неожиданно, что дыхание сбилось, а сердце гулко отозвалось в груди. Но едва я успела осознать произошедшее, как он тут же принялся извиняться по-своему — начал зализывать место укуса.
Его мягкий, тёплый язык нежно касался моей кожи, и от каждого прикосновения по телу разливались волны тепла, похожие на мягкий, весенний бриз, что медленно пробирается сквозь стылые морозные дни. Я ощущала, как под его ласками всё моё существо словно просыпается — каждый нерв, каждая клеточка отзывалась на его прикосновения. Это не было болью, скорее трепетным, новым чувством, которое я никогда раньше не испытывала. Тёплое и глубокое, оно начиналось в месте укуса и, будто нежные языки пламени, расползалось по всему телу, погружая в странную смесь страха, восхищения и… чего-то неизведанного.
— Ной… — выдохнула я, но он, казалось, не слышал, полностью погружённый в процесс.
— Ной! — воскликнула я, стараясь придать голосу твердость. — Прекрати немедленно!
О, если бы его было так просто оторвать от меня, всё стало бы гораздо проще! Но нет, он и не думал останавливаться. Напротив, показалось, что одной моей ключицы ему явно недостаточно — Ной переключился на шею. Теперь он вылизывал её, утробно урча, словно находился на грани блаженства. Внутри меня вспыхнула целая буря эмоций — удивление, смешанное с недоумением, пересекалось с каким-то неожиданным удовольствием, и тут же — с неловкостью.
Мне хотелось, чтобы он прекратил. И одновременно, чтобы продолжил. Я мечтала остаться так навечно, ощущая его прикосновения, но в то же время отчаянно хотела сбежать на другой конец станции. Меня переполняло противоречивое желание: стянуть с себя свитер, чтобы дать ему больше доступа к коже, или же спрятаться под самой плотной одеждой, которая только существует. Похоже, пора признать очевидное — я реагировала на Ноя. Значит, теперь нас таких неадекватных здесь было двое.
Однако, несмотря на коктейль ощущений, я всё же смогла взять себя в руки. Сделав над собой усилие, я кое-как оттолкнула Ноя.
— Ной! Остынь! У тебя гон! Ты не хочешь этого! — воскликнула я, пытаясь достучаться до его сознания.