Ной говорил это, оказавшись между моих ног, и потерся об меня бугром, всё ещё упакованным в брюки. Это было так невыносимо остро, что я выгнулась, обхватывая его за талию, чтобы притянуть ближе и получить обещанное. Там всё горело и плавилось от желания. Ной мягко усмехнулся, поцеловал меня в шею и добавил:
— Терпение, моя сладкая, мы ещё не закончили, чтобы переходить к главному блюду.
Я протестующе застонала, но Ной и слышать ничего не хотел. Он принялся спускаться поцелуями вниз: шея, местечко на ключице, где он укусил меня в самый наш первый поцелуй. Он не смог обойти вниманием мои груди, поигравшись мокрым и юрким языком с горошинами сосков, потом живот — запустил язык во впадинку пупка, отчего я захихикала от внезапной щекотки. Его руки следовали за ртом, отставая всего на один шаг. Они словно жили своей жизнью, отдельно от Ноя, но дело своё знали — безошибочно находили на моём теле чувствительные местечки, от которых я сходила с ума.
Наконец, его рот достиг точки назначения, и я вскрикнула от неожиданности, когда Ной сделал длинный, но твёрдый мазок от начала до конца, словно обходя территорию. Примерившись, он принялся за меня всерьёз, и его язык заработал с бешеной скоростью.
Я выгнулась, не сдержав крик, — ощущения были такой интенсивности, что не закричать от удовольствия было невозможно. Ной крепче схватил меня за бедра, ведь я взяла моду дёргаться от наслаждения, не специально, но пришлось меня немного зафиксировать. Его сильные, но бережные руки удерживали меня, придавая дополнительной остроты ощущениям.
Это было божественно, бесподобно, упоительно. Вскоре я почувствовала знакомую волну, которая то накатывала, то отступала, и с каждым разом эта волна была всё сильнее и задерживалась всё дольше. И, наконец...
Нет, опять то же отвратительное, сжирающее меня чувство пустоты. Язык Ноя был, конечно, волшебным и отлично знал своё дело, но его мне было недостаточно. Я коснулась его волос, привлекая внимание, отчего он сразу же остановился и посмотрел на меня.
— Ты мне нужен внутри, — сообщила я ему, и Ной ухмыльнулся — он был готов продолжать.
Он немедленно подхватил меня, перемещая со стола на пол. На полу было мягкое ковровое покрытие и пледы, которые Ной успел разложить, когда бегал за аптечкой, а потом потрошил её на предмет резиновых изделий, без которых я не соглашалась на близость. И вот теперь он уложил меня на подготовленное им место, и внутри что-то довольно заворчало. Словно мой самец приготовил для меня гнездо, где нам будет хорошо, а главное — безопасно.
Ной уложил меня на пледы и отстранился. Я невольно захныкала, когда потеряла с ним контакт, на что он в ответ заворковал, что сейчас всё будет. Он быстро разделся и потянулся за блестящим квадратиком презерватива. Пока он возился с упаковкой, я приподнялась на локтях и прикипела взглядом к его члену, длинному и с большой головкой, который нетерпеливо покачивался. Ной быстро раскатал презерватив по своему великолепному достоинству и вернулся ко мне. Он начал с поцелуя, словно извиняясь за задержку.
Ной начал нежно, но вскоре страсть захлестнула нас, и мы начали сосаться — по-другому действо, которое происходило между нами, было не назвать. Ной почти лёг на меня, и его тело, горячее и тяжёлое, подарило мне новый каскад ощущений, подстегнув моё нетерпение. Я была слишком распалена и хотела его, чтобы ждать ещё дольше. Ной понял это правильно, и вскоре я почувствовала, как он входит в меня.
В прошлый раз была боль, мимолётная, но всё же, а в этот раз — только чистый восторг. Я невольно приподняла бедра, чтобы облегчить ему проникновение, и застонала, ощущая, как замечательно он меня растягивает, как проникает так глубоко, как только возможно.
— Силы небесные, Софи! Ты такая узкая! Ты понятия не имеешь, насколько мне нравится быть в тебе... — прошептал Ной. Я уже привыкла к его грязным разговорам в постели, поэтому не удивилась очередному шедевру словесного искусства.
Я крепче обняла Ноя, положила руки ему на спину, и когда он двинулся впервые, не удержалась от шквала ощущений и впилась ноготками в его спину.
— Извини, — вырвалось у меня, на что Ной только счастливо рассмеялся.
— Можешь царапаться и кусаться сколько хочешь, я буду рад носить твои отметины на себе, — успокоил он меня.
Я хотела сказать, что его шкуру попробуй пробей, но все мысли разом вылетели из головы, ведь Ной плавно повёл бедрами. Я почувствовала, как его член медленно двигается во мне, и это было почти пыткой — ощущения были сладкие, тягучие, словно патока. Я издала странный звук, похожий на стон и вскрик одновременно.