Я же позволила себе обмякнуть в его руках и теперь походила на куклу-марионетку, которой обрезали нити, — я изображала обморок. Еще и глаза закатила для большей достоверности.
Ной меня не отверг, и значит он скоро отреагирует на мою неподвижность, и инстинкт спасителя возьмёт верх. Я едва успею досчитать до десяти, как он примет решение.
Всё произошло быстрее, чем я думала. Я даже не досчитала до семи, а Ной уже сорвался с места со мной на руках. С грохотом, который отдавался в ушах, он вышиб двери своим телом. Хорошо, что я предупредила работникам не запирать их, иначе бы он вынес все, включая дверной косяк и часть стены.
Без препятствий не обошлось, но были они мелкими и незначительными, Ной справился с ними без особых затруднений и разрушений. Вскоре он выбежал на улицу, оттолкнулся сильными ногами и взлетел, расправив крылья.
У меня захватило дух. Прошло так много времени с тех пор, как я летала с анжем.
Мы поднимались всё выше и выше, я чувствовала, как меняется температура воздуха, становясь всё холоднее. Мне хотелось открыть глаза и насладиться видами, раскинувшимися вокруг, но нужно было изображать обморочную девицу, которая отключилась от потери крови.
В крылатом режиме его восприятие работает иначе, чем обычно, но Ной понимает, что со мной что-то не так, и поэтому будет стремиться утащить меня в безопасное место, где я смогу прийти в себя. Безопасные места у анжей весьма интересные — чем выше, тем лучше, поэтому можно не сомневаться, что он выберет самый высокий небоскреб и отнесет меня туда.
К одному из них мы, кстати, сейчас и направлялись. Главное — не выдать себя, не показать, что я в сознании и соображаю, иначе ничего не получится, и в итоге будем мы куковать где-то на крыше: я с порезом на плече и по-прежнему неадекватный Ной.
Если же удастся обвести его вокруг пальца, убедив, что я не собираюсь приходить в себя без посторонней помощи, ему рано или поздно придется включить мозги, чтобы эту помощь отыскать. Тогда-то он станет нормальным. Вернее, не совсем нормальным — всё ещё тревожным и паникующим, но уже не крылатым, не пернатым и не когтистым. Он потащит меня в больницу, и там окончательно придёт в себя. Прекрасный план? Я тоже так думаю.
Но все испортила гроза.
Вначале всё шло как надо: Ной затащил меня на крышу, обернул меня в крылья, прижался со спины, даря тепло и покой, окутывая свежим запахом озона. О том, что я притворяюсь, он не догадывался.
А потом - сверкнула молния, осветив всё вокруг на короткий миг, а небеса разразились оглушительным громом.
Мое притворство мигом слетело, и я беспомощно забилась в крепкой хватке Ноя. Его руки удерживали меня с такой силой, что казалось, будто мир рушится вокруг, а он — единственное, что не даст мне рухнуть вниз. Надо отдать ему должное: он не выпустил меня. Лишь сильнее прижал к себе, фиксируя руками и крепче сжимая в коконе из крыльев.
Запах озона стал резче, насыщеннее, и ветер взвился с новой силой, заставляя его жёсткие чёрные перья шуршать, словно лезвия, разрезающие воздух. Я застыла, оцепенев от ужаса, и мои широко раскрытые глаза встретились с его. Я смотрела в его чёрные, бездонные глаза — и не узнавала ни его, ни себя. Я тонула в чёрном омуте, погружалась всё глубже, и, что хуже всего, там не было дна.
Лишь вечная тьма.
Запах крови стал резким и почти осязаемым. Я ощущала его каждой клеткой своего напряженного тела, он проникал в лёгкие, оставляя едва уловимый привкус железа на языке. Он щекотал ноздри, напоминая о том, что жизнь, к которой я прикасалась, ускользает.
Молния снова вспыхнула, и её ослепительный свет лишил меня последних осколков здравого рассудка.
И вот я уже путаю настоящее с прошлым, я тону в своих воспоминаниях, как в болоте, и нет той силы, которая сможет мне помочь и вытащить.
— Не умирай! — вырвалось из меня с отчаянной силой, и я вцепилась в его плечи. В плечи анжа, который сейчас находился в трансформации! Я бы никогда не совершила такой ошибки, если бы не безумие момента — гроза, кровь, его чёрные крылья, раскрытые над нами как щит и проклятие одновременно.
— Не умирай... — мой голос потонул в реве стихии.
Я поняла, что кричу в пустоту. Он меня не слышал. Никакие мои слова не доходили до него.
Он был в другом мире, и мне не суждено было до него достучаться.
Он уйдёт. Он покинет меня. Снова. Как и тогда.
Небеса разверзлись, выплёскивая на нас потоки воды. Дождь обрушился стеной, словно в попытке стереть нас обоих с лица земли. В ту минуту я осознала свою полную беспомощность.