Глава 2
«Псс! Вова! Проснись блин, Вова!» – шептал в стенной проём Рома. Вова проснулся, вопросительно осмотрелся, было хотел заснуть вновь, но тут: «Псс! Вова! Проснись блин, Вова!» Парень яро фыркнул. «Чё фырчишь? Всё в порядке?» – спрашивал Роман. Беспризорник вышел. «Чего ты ночью?» – спросил. «Ты как Йода прям, класс» – сказал Яков.
Вова: Кто это?
Рома: Это тот, с кем мы обезвредим пиротехника-алкаша.
Вова полностью недоумевал.
Рома: Ну, того быка, что ваш ночлег спалить решил.
Вова по-прежнему не понимал.
Рома: Ты чего?.. Не проснулся чтоль? Я с тобой сегодня сюда пришёл, после чего ушёл, по улице пошёл, пьянчушечек нашёл, ну?..
Вова: Ты о чём говоришь?
Рома глянул на Якова, тот вообще растерялся, продолжил диалог с Вовой: Они приняли меня за наркомана, просили дозу. Но тут появилась твоя община, которая закидала быдло камнями и спасла меня.
Вова: Не было такого, ты что?
Рома, ошаломев: Как это не было?! Ты чё?!
Вова: Ты ушёл, мы легли спать.
Рома: Подожди... Подожди... Стоп. Стоп. Подожди... Ну значит вы проснулись и ринулись меня выручать.
Вова: Нет, мы спали.
Яков: Может вы мне всё объясните? Оба, желательно.
Рома: Может быть вы мне объясните?! Вова, желательно.
Вова пожал плечами: Я хочу спать.
Повернулся и пошёл.
Рома, возмущённым шёпотом: Погоди! Выйди сюда!
Вова даже как-то испугано вышел.
Рома: Мы с тобой пришли сюда.
Вова молчит.
Рома: Пришли?!
Вова: Да.
Рома: Мне предлагали хлеб?!
Вова: Да.
Рома: Дальше я ушёл.
Вова: Да.
Рома: По пути ко мне привязались два амбала, ко...
Вова: Быть может.
Рома: Подожди! Которых вы прогнали камнями... Да?
Вова: Не было такого. Иди спи.
Яков: Я пойду...
Рома: Погоди секунду. Впусти меня, Вова.
Зашёл.
Рома: Где дед?
Вова, будя деда: Дед.
Рома: Слушайте, мы же с вами сегодня разговаривали?! Вы рассказали, что попали сюда недавно, что машина та разбитая - ваша, и что алкаши её спалили. Да?
Вова: Дед, я чего-то не знаю?
Дед, сквозь сон: Ни с кем не говорил, машин не видел, живу здесь двадцать лет...
Рому удивил абсолютно чужеродный для данного деда голос и то, что этим голосом было сказано. «Машина. Здесь есть разбитая в хлам машина? Вова» – вопрошал он. Вова покачал головой. Рома проследовал на то место. Действительно, никакой машины не было... Он схватился за голову, со звуком полного отчаяния садился всё на те же корты. Лицо его покраснело и оморщинилось, слёзы томились выхода. Он был в панике, был в страшной панике, он выл.
Яков: Ч-что, позволь спросить, случилось?
Рома в отчаянии толкал пальцы в рот, кусая их.
Яков: Спрашиваю, что случилось?!
Рома: Опять... Это случилось... Опять.
Он качал головой, с каждым разом всё быстрей, пока она не затряслась.
«Опять!!!» – он кричал.
Вова прямо испугался. «Позвать кого?» – спросил он Якова. «Погоди» – ответил тот, присев рядом с Ромой, продолжая спрашивать, что произошло.
Рома резко остановил свой плач и вой, вытер лицо рукавом, встал, убрав руки в карманы: Никому.
Яков: Ладно-ладно, говори.
Рома глянул на Вову.
«Хорошо» – тот сказал.
Рома адаптировал эту историю в своей голове, видоизменив её до сия:
«В детстве такое уже было... Маленький я играл в гостях у друга, пока его папаша смотрел кино. Оно шло на фоне, друг не отвлекался, а я периодически поглядывал на экран... Это был какой-то ужастик что-ли, а я мал, лет пять по-моему.. Мой комфорт в этих стенах постепенно стал сужаться, игра переставала радовать, а я почему-то уставился в телевизор, вместе с тем понимая, что там нет ничего хорошего. Друг мой, видимо, заметил мою пассивность в солдатиках и уже тоже наблюдал за происходящим. Отец его уснул сидя в кресле и не знал, что мы там оба созерцаем. Вдруг мой товарищ закричал от очень страшной сцены, на что я среагировал оперативно, но безэмоционально. Отец проснулся, сам вздрогнул от кадров кинца, поспешил выдернуть вилку и утешить сына, у которого началась реально бурная истерика... Моих родителей позвали, попросили забрать меня, а я пребывал в каком-то трансе и видел абсолютно не то, что видели другие... Короче, галюны у меня пошли. Мой впечатлительный детский мозг не выдержал перегрузки таким жёстким контентом и дал сбой, а я полгода сидел в депрессии, утешаемый родителями. До них дошло, что от шока меня навещали галюцинации, которые потом вроде бы и ушли, их место заняли навязчивые мысли и идеи, но, как оказалось, они существовали вместе, всё это время... Всё это время иллюзонные картинки прятались в разуме, а сегодня, почему-то, решили высунуться вновь. Это ужасно» – договорил он, утёр нос и с мокрыми глазами и неумело прячущей за собой страх улыбкой произнёс: «Но не нужно отчаиваться!»