— Я никогда не царапаю стенки, — сказала Лена.
— Ну да, все девчонки царапают. Я видел. Человечков рисуют. Меня одна девчонка нарисовала, я ей так дал, что за нею «Скорая помощь» приехала.
— Я знаю, — обрадовалась Лена. — Когда я ногу сломала, за мной тоже «Скорая помощь» приезжала. На ней ещё красный крест нарисованный.
— Это если человек. А я настоящую техническую «Скорую помощь» видел. Это когда машина заболеет. Я теперь знаю. Машины тоже, как люди, живут. У них даже свой дом есть. Автопарк называется. Я, когда вырасту, буду геологом, маляром и ещё шофёром на технической помощи работать.
— Разве можно так? — недоверчиво спросила мальчика Лена.
— Ещё как! — убеждённо сказал Алёша. — Геологи железо в лесу ищут, маляры дома лечат, а шофёры на машинах ездят. Вот не полечит маляр дом, он совсем заболеет и умрёт. Где тогда люди жить будут? А если шофёр не привезёт маляру краску и мел, чем он тогда дом лечить будет?
— И я тогда буду геологом и маляром, — сказала Лена.
— Ну да… девчонки геологами не бывают!
— Нет бывают! У меня тётя геолог. Не веришь? Правду говорю! Она мне целую кучу разных камешков привезла, только я их все в детском саду раздарила.
— Подумаешь, камешки… настоящие геологи всегда с компасом ходят. Мне папа целый компас подарил, я по нему даже в парк Победы пришёл. Сам!
— В парк Победы? Ой, мы там с мамой один раз были, а теперь ещё поедем, когда у меня нога совсем зарастётся.
— А чего вам туда ехать? Вот же он! — засмеялся Алёша. — Два шага пройти не могут.
— Два шага? Ты что?! Парк Победы знаешь как далеко? Совсем в другом конце города!
— Как в другом конце города?! А это тогда что?
— Это? Это просто так… садик, и всё… Мы здесь всегда гуляем. Ой! Мамочка-а-а-а!
Ленина мама поставила на скамейку сумку с продуктами и подхватила Лену на руки.
— Ты не плакала?
— Не-е… со мной Алёша сидел, чтобы я не боялась. Он хороший, мама, он геологом будет, и маляром, и шофёром.
— Вот как? — засмеялась мама и погладила Алёшу по голове. — Спасибо тебе, Алёша, я очень волновалась.
Алёша сидел на скамейке, низко опустив голову. Он не слышал, что говорили Лена и её мама. Он с трудом сдерживал слёзы. Только бы не расплакаться, только бы не расплакаться… Как же так, ведь он всё время шёл точно по компасу, и компас сам привёл его сюда… Что же теперь делать?
Парк Победы совсем в другом конце города. На улице совсем ночь, а дома, наверное, папа с мамой ищут его… Что же теперь делать?
— Пойдём скорее домой, девочка, — сказала Ленина мама, — уже десять часов — тебе давно пора спать.
— Мама, пусть Алёша тоже с нами пойдёт, — сказала Лена, — я ему мои игрушки покажу. Пойдёшь, Алёша?
— Поздно уже, девочка, Алёшу мама дома ждёт, правда, Алёша? Ты в каком доме живёшь?
— В нашем, — сказал Алёша.
— Конечно, в вашем, — засмеялась Ленина мама. — А улица какая?
Алёша хотел назвать свою улицу и… не смог. Название улицы словно выскочило у него из головы.
— Я… Я забыл, — тихо сказал Алёша, — далеко…
— А с кем ты сюда пришёл? — уже серьёзно спросила Ленина мама и села рядом с Алёшей на скамейку.
— Один, — Алёша отвернулся и тихо всхлипнул.
— И мама твоя не знает, что ты здесь?
— Нет.
— Что же делать? Представляю, как она волнуется! Алёшенька, милый, ну постарайся вспомнить свою улицу…
— Я… я всё время знал, знал, а сейчас забыл, — прошептал Алёша сквозь слёзы.
Ленина мама поднялась и заходила вдоль скамейки, нервно хрустя пальцами.
Возле них начали собираться люди. Странное дело, то никого не было, а тут как будто все сразу узнали, что заблудился мальчик.
Пришли две похожие друг на друга старушки, и ещё какие-то женщины, и даже один мужчина в форме железнодорожника.
— Надо отвести его домой, — сказала одна из старушек с таким видом, словно, кроме неё, это никому не могло прийти в голову.
— Вот именно, — сказала другая, — какие-то странные теперь дети пошли. Ходят сами куда хотят.
Они были так похожи друг на друга, что Алёша даже не понял, какая из них что сказала.
— Но если он не помнит ни названия улицы, на которой живёт, ни дороги? — сказала Ленина мама. — Алёшенька, я думаю, тебе следует пойти к нам, а завтра с утра мы с тобой будем ходить по улицам и искать. Ведь ты же узнаешь свой дом, правда?
— Узнаю, — сказал Алёша, а Лена радостно захлопала в ладоши.
— Я тебе все свои игрушки покажу и подарю, что хочешь!
— Нет, — сказал железнодорожник, — так не пойдёт. Его мать до утра с ума сойдёт… Надо попытаться узнать, где он живёт. Я в этом районе родился и многих знаю. Скажи, Алексей, кто в твоём доме живёт?