Она впервые посмотрела на красный шлем с высока. Слова рвались наружу вопреки ее желаниям и мыслям. Нечто чуждое решало за нее, что и как сказать. Но опиралось оно на личные чувства и порывы, которые сама Сая ни за что бы не выпустила из глубин своего эго.
Красный шлем молчал.
- Что в моей истории тебе не понятно? - спросила псевдо-Саичири, не дождавшись от манекена реакций. - Я с вами всегда была честна. Логикой никто обделен не был. Так как могли вы меня заподозрить в лояльности к этой бесформенной жизни? Почему ты решил, что я не помогу Кресту?
- Потому что помогать безумной армии убийц - чистейшее безумие, - тихо предположил юноша.
- Да, в той форме, что сейчас, она - безумие сплошное. Безвыигрышная перспектива, - не стала спорить Сая, картинно взмахнув рукой. - Но Крест таким был не всегда. Мы с Семерыми узрели шанс вернуть его к истоку. Вновь восстановить таким, каким он был тысячелетия назад. Он был способен истребить Богов. И по-настоящему возвысить род людской.
- Но… твой отец… и брат… - юноша, казалось, растерялся, раз ему пришлось вспомнить родню девочки, отдавших жизнь в борьбе против Империи и Знака Креста.
- Оба бросили меня! - строго обрезала Сая, мигом помрачнев. Слезы полились крупными каплями.
В эту же секунду свет во всем замке погас. Ему взамен включились красные аварийные маячки. Но их сияния едва хватало, чтобы противостоять тьме. В алых отсветах и полумраке интерьеры замка превратились в кинематографическую обитель кошмаров.
Взгляд бывалого энтэссера мигом адаптировался, чтобы лучше видеть во тьме. Все его внимание сосредоточилось на Сае.
Такой ее Джейт еще не видел. Синие глаза потемнели как небо в ночную бурю. Кожа еще больше побелела и будто покрылась ледяной коркой. Гладкой, как стекло, и на вид холодной, как пустота над облаками. Волосы окрасились в красный свет, поглотив блеск маячков. И Абсолютная стала напоминать жуткую куклу из чужого мира.
- Моему отцу я нужна была лишь инструментом. Для удовлетворения амбиций, любопытства, глупости. Чего угодно! - в голосе вместо приторной нежности выросла стальная строгость. - Не дочь ему была нужна. Отмычка древних тайн. Он семьи меня лишил. Сам отцом не стал и мою маму… у меня забрал. Убив сразу при моем рождении.
Джейт промолчал, не найдя в уме ни одного достойного восклицания, чтобы выразить протест или сомнения. Брат Саи упоминал, что мать девочки просто покинула семью, не желая оставаться с прокаженным мужем. Некогда признанный ученый Империи желал знать о мире больше, чем ему разрешали. И тяга к запретным истинам изгнала его со всей семьей прочь сначала из аристократических элит. А затем лишила дома и комфорта. Старший брат считал, что мать семейства вовремя сбежала. По всей видимости, Сая думала иначе.
- Неужели кто-то мог поверить, что мой отец отпустит маму после того, как появилась я? - девочка принялась расхаживать мимо прислужников, касаясь их за плечи и горла. - Она что? Должна была уйти в иную жизнь, забыв о том, что родила меня?! Абсолюта, появившегося раз в четыре сотни лет? Нет. Конечно же, в пылу отчаяния и тяги к новым истинам он сам укрыл большую тайну. Он скрыл от всех меня. И то, что стал убийцей.
Ответом ей было молчание. Джейту не требовалось задавать вопросов, чтобы уловить в словах подростка здравый смысл. Он и сам догадывался о судьбе матери Саи с тех пор, как услышал ее историю в первый раз.
- Я росла среди машин и гула прошлого, - Саичири приблизилась к одному из почитателей и заглянула в планшет с органайзером, который мужчина носил с собой. Сейчас вещица просто валялась на полу. - Я видела и знала то, что не давалось никому. Абсолютная натура мне открывала удивительную правду, какую мой отец желал узнать. Я стала ему лупой, переводчиком, коллегой. Но там, где он видел лишь угрозу, скованную тайной, мне открывался целый мир. Как я могла им не проникнуться? Он стал моей мечтой. Я в ней росла! Пока отец все не испортил!
- Погибнув? - сорвалось из-за шлема.
- Меня он тоже бросил! - взгляд Саи унесся сквозь пространство. Ее слова стали звучать больше, как истерическая исповедь. - Зачем-то он решил бросить вызов им, тем сияющим безумцам. Империи лжи и света. И был, конечно, ею стерт. Я все ему прощала! Хотела быть полезной! Рядом с ним, да хоть в подобии семьи! Но он решил, что цель его важнее крови! И героически погиб.
Рука девочки нежно пробежалась по шее неудачливого секретаря и без отторжения подтерла стекающие с губ слюни. Палец Сая почистила об край его воротника. Это смущающее действо окончательно переполнило чашу мужчины, и он потерял сознание от возбуждения, упав к ногам.