- И того одиннадцать, - подсчитал про себя Райт. - Одиннадцать жизней мы передаем, чтобы выжить и иметь шанс спасти других.
- Хватит разговоров! - вмешался холодный голос Манирона. Имперец объявился за спиной Райта. - Решайтесь. Прощайтесь. Начните новую жизнь или просто закончите прошлую. Империя примет достойных. И легко избавит от страданий всех прочих. Наша цель намного шире и неизмеримо выше, чем моральные волнения о смятенных единицах. Перед нами выбора уже не стоит. Это мы великодушно предлагаем его вам.
Его облик снова захватил взоры выживших, превращая весь поток мышления в слепое обожание. После всех разговоров это стало решающим влиянием. Один из уцелевших, молодой парень, поднялся с земли и решительно покинул общину, направившись к Райту. За ним, словно боясь опоздать, последовали еще двое мужчин и девушка.
Не долго думая, вперед выступили и две семейных пары вместе со своими детьми.
- Идемте! - Миллита позвала за собой еще нескольких несовершеннолетних. - Вас этот выбор не касается. Они примут вас и так - вы еще юны. Идемте.
Вместе с немалой частью молодежи Стражница вышла из-за спины Гринда и замешкалась рядом с ним лишь для нескольких слов.
- Ты знаешь. У нас нет другого выбора, - произнесла она, стесняясь поднимать глаза на громилу. - Они заберут детей. Кто-то должен о них позаботиться. Кто-то знакомый. Это не предательство. Просто порой жизнь требует жертв.
- Иди, - небрежно отмахнулся Гринд. Он тоже не нашел в себе сил посмотреть в глаза Стражнице.
- А… ей можно будет присоединиться к нам? - тихо спросил Райт через плечо. - Она ведь серьезно ранена…
- Как и ты, - также тихо ответил Манирон. - Но ваши раны не так страшны, а твое влияние весьма впечатляюще! Поэтому я позволю нам несколько отойти от правил.
- Правда? - Райт не сдержал радостного вздоха.
- Не обольщайся, - срезал эффект Манирон. - Каждому из вас будет позволено коснуться Ядра Осознаний и пройти Обряд Откровения. Если ваши души не утратили чистоты после всех этих испытаний, раны излечатся, а облик станет более точным отражением вашего нутра. Те же, кто не справятся, захлебнутся в собственном несовершенстве и будут стерты нами. Любой подобный случай грозит Ядру загрязнением, так что… мы тоже готовы понести некие жертвы в знак признания вашей отчаянной доблести.
Второй парень с серьезным ранением с места не двинулся. Он остался рядом с возлюбленной. Девушка носила в теле примитивный протез левой руки. Мало того, ее лицо безнадежно портил пирсинг. Судьба несчастной была предрешена.
Наконец, оставшихся детей вместе со своим сыном за черту вывела и Рейчел. Она прошла молча, не поднимая ни на кого глаз. В конце концов за спиной у Гринда осталось лишь семеро стариков и молодая пара.
- Что будет с остальными? - снова не сдержал любопытства Райт.
- Их участь скоротечна и безболезнена, - заверил имперец. - Мы не испытываем удовольствия от мучений. Мы сострадательны. В нашем взгляде эти люди постигают не трагичный конец всех путей. Но освобождение и шанс начать все сначала. Великий Надсмотрщик определит их путь, когда души избавленных попадут в Поток.
- Надсмотрщик? Ануэ?! - неожиданно оживилась Рейчел. - Вы верите в бога?!
- Мы знаем о его существовании и роли в Асаконе, - невозмутимо ответил Цин'Альдана. - Идеальная Империя допускает деятельность этого Создателя, как благоприятную для миров. Но всех прочих мы не потерпим. Их ждет таже участь, как и тех из вас, кто не осилит путь Империи. Им следует исчезнуть ради чистоты и сохранности человечества, как вида. Или стать полезным инструментом.
Наконец, зрители из имперского окружения сошли со своих мест и направились к Обреченным. Заметив это, Гринд сжал кулаки.
- Рахай! - прорычал он, медленно обернувшись к старикам. - Жаль, что так вышло. Клянусь! Если бы это могло вас спасти, я бы умер за вас! Но я не знаю, как еще вам помочь! Потому я продолжу жить с этим позором. И спасу так много людей, как смогу! Простите меня. Простите нас.
Он сделал пару шагов ближе к Райту, и судьи Империи прошли вперед, даже не обратив внимания на бывшего Стража.
Выбор был сделан. Райт не мог оторвать глаз от улыбающегося отца. Не мог заставить себя подойти к нему или хотя бы что-нибудь крикнуть.
Больше всего молодой Глашатай желал сейчас получить еще один сокрушительный удар от друга или от врага. Потеряться в боли, забыться в беспамятстве. Но никто не собирался применять к нему силу. Его наказание было намного страшнее. Как и наказание каждого, кто шагнул на сторону Империи в это нестерпимо яркое утро. Но именно ноша Райта была самой тяжелой, ведь именно он обрек их всех на этот путь.