– Да, но прошло уже много времени, – произносит другая девчонка. – Наверное, он в нее влюблен, как думаешь?
– Какая разница? – Хайди по своему обыкновению пренебрежительно пожимает плечами. – В конце концов она поймет, что он лгал ей с самого начала. Что стал встречаться с ней только, чтобы отомстить.
– Да оставь ты их в покое, – бросает Алана. – Ты же обещала.
Я замираю. Правильно ли я услышала ее? Ведь это подозрительно похоже на подтверждение. Что бы еще это могло значить?
– А что? – В ее голосе звучит нотка застенчивости.
Сейчас я буквально в трех шагах от Хайди. Так близко, что меня трясет.
– Я не говорила, что собираюсь рассказать ей. Не нарочно, в любом случае.
Мое сердце бешено бьется о ребра. Алана молчит – не оспаривает версию событий Хайди. Что означает, если я правильно поняла: Купер лгал мне с момента нашей первой встречи.
Хуже того, он солгал, когда я напрямую спросила его. Он врал мне в лицо. И заставил всех своих друзей – как я наивно полагала, наших друзей – согласиться с этой ложью. Эвана. Стеф. Алану.
Я чувствую себя ничтожной, крошечной, словно запросто могла бы провалиться сквозь трещины между досками. Я унижена. Кто еще знал об этом? Неужели все они постоянно смеялись надо мной, пока я не видела? Несчастная, глупая девчонка-клон.
– Продолжай, – я выхожу на свет, чтобы противостоять им. – Не дожидайся слуха, который кто-нибудь разнесет. Скажи мне все в лицо, Хайди.
У Аланы хватает приличия выглядеть виноватой. А Хайди, в свою очередь, даже не пытается спрятать усмешку. Серьезно, мне просто хочется надавать ей по сиськам. Я пыталась. Правда пыталась. Вела с ней разговоры. Была вежливой. Давала ей время. Однако, несмотря ни на что, она не может отказаться от своего презрения ко мне. Теперь я понимаю почему. Это было не простое недопонимание. Это холодная война, на которую я не обращала внимания. Моя ошибка.
– Я понимаю, ты меня ненавидишь, – раздраженно говорю я, – но найди уже себе другое хобби.
Она прищуривается. Я отвожу от нее взгляд и переключаюсь на Алану.
– Это правда? Это был какой-то план отмщения моему бывшему? Купер лгал мне?
Когда я произношу это вслух, к горлу подступает тошнота. Весь выпитый сегодня вечером алкоголь опасно бурлит в моем животе, как только я прокручиваю в памяти события последних шести месяцев. Вспоминаю наши разговоры с Купером и пытаюсь понять, какие очевидные подсказки я проигнорировала. Сколько раз ответ был прямо перед моим носом, но меня слишком очаровали его бездонные глаза и дурацкая улыбка.
Всегда такая загадочная, сейчас Алана не проявляет никаких эмоций. Только сомнение. Я думала, что мы сблизились, преодолели трудности и стали друзьями. И все же она здесь, молчит с застывшим выражением лица, в то время как Хайди насмехается надо мной. Наверное, я действительно глупая. Они все меня одурачили.
– Алана, – настаиваю я, почти съеживаясь от беспомощности, которую слышу в своем голосе.
После бесконечно долгой паузы ее отчужденное выражение лица исчезает, и я улавливаю едва заметный проблеск сожаления.
– Да, – признается она. – Это правда. Купер солгал.
Глава сорок первая
Я мельком вижу Мак сквозь пламя костра – мимолетный яростный взгляд, – а затем волна пива ударяет меня в лицо.
– Мудак!
Меня охватывает замешательство. Отшатнувшись от костра, я несколько раз моргаю, вытирая предплечьем пиво с лица. Затем моргаю еще раз, и Мак оказывается прямо передо мной, держа в руке пустой красный стаканчик. Пока все наши друзья стоят и смотрят на нас, я изо всех сил пытаюсь понять, что, черт возьми, происходит.
– Лживый кусок дерьма, – выплевывает она, кипя от злости.
Эван пытается подойти к ней.
– Воу, это что такое было?
– Нет уж, и ты иди на хрен. – Она тычет в него пальцем. – Ты солгал мне. Вы оба.
За ее плечом я замечаю Алану, пробирающуюся сквозь толпу, за ней следует Хайди. Алана выглядит виноватой. У Хайди бесстрастное выражение лица.
Но в глазах Мак – осознание предательства.
И тут до меня доходит. Когда вижу ее лицо, то будто начинаю падать в бездну. Это похоже на ту секунду, когда сердце замирает и мы застываем от всепоглощающего ужаса перед падением, потому что знаем: это будет больно. Зацепиться не за что. Она поймала меня с поличным.
– Мак, я могу объяснить, – начинаю я.
– Ты использовал меня! – кричит она.
Ее рука вытягивается вперед, и пустой стакан отскакивает от моей груди. Ошеломленная публика молчит, отступая к противоположной стороне костра.