Спустя пару часов из здания выходит инспектор со своим планшетом и направляется прямиком к Мак. Они быстро пробегаются по списку: кое-что было предсказуемо, кое-что – нет. И все имеет свою цену.
– Каков итог? – спрашивает его Мак после того, как инспектор прошелся по каждому пункту списка.
– Это вам дорого обойдется, – говорит мужчина сквозь отросшие усы. – Тем не менее нет никаких причин, по которым это место не может снова работать. Желаю вам удачи.
После рукопожатия он отдает ей документы и уходит к своей машине.
– Итак? – Я забираю у нее поводок Дейзи.
Мак колеблется. Только на секунду. А потом криво улыбается.
– Думаю, мне лучше позвонить в банк.
Должен признать, это довольно круто, что она может вот так запросто снять со счета несколько миллионов. Ей это идет.
После того, как она заканчивает разговор с банковским служащим, мы отправляемся на прогулку по пляжу и отпускаем Дейзи порезвиться.
– Послушай. – Мак зарывается пальцами ног в песок, отыскивает ракушки, которые ей нравятся, потом берет одну, с удовольствием ее разглядывает и бросает обратно в песок. – Я в этом не разбираюсь, и это понятно. Мне лучше удается выписывать чеки, нежели заниматься ремонтом зданий.
– Не переживай. Я знаю всех ребят в радиусе десяти квадратных миль отсюда, кто занимается подобной работой.
– Это я и имею в виду. Ты знаешь местность, людей…
Назревает вопрос, и я представить не могу, что могло бы заставить ее ходить вокруг да около.
– Выкладывай, Кэбот.
Она поворачивается ко мне, выгибая бровь.
– Я хочу нанять твоего дядю Леви для этой работы.
Я хмурюсь.
– Для какой именно?
– Для всей. Сколько он сам осилит сделать. А что не сможет, он бы передал работникам, которым доверяет. Ребятам, которым он доверил бы ремонтировать дом матери. По-семейному, так скажем.
– Вау. Ладно… – Я ожидал, что она, наверное, воспользуется его услугами. Попросит парочку рекомендаций. Может, подкинет дельце или два.
Но это… это серьезно.
– Ты выглядишь неуверенным, – замечает Мак.
– Нет, нет. Это не так. Это просто… эм…
– Большое обязательство? – улыбается она. Точнее, ухмыляется. Кажется, она смеется надо мной.
– Я не боюсь обязательств, если ты на это намекаешь.
– Угу, – произносит она.
– Да я тебе сколько угодно обязательств выполню.
– Отлично. – Мак думает, что уже победила, потому разворачивается и продолжает идти вперед. – Тогда решено. Ты устроишь мне встречу с Леви, чтобы мы обсудили с ним объем работ и адекватную цену.
– Погоди, принцесса. У него уже запланированы другие работы. Я не уверен, есть ли у него время. Не торопись.
– Это все детали, – отмахивается она. – Обо всем можно договориться. Если есть желание, найдутся и возможности.
– Ладно, я передам ему это предложение, если ты оставишь свои банальности при себе.
Мак подбирает корягу и бросает ее Дейзи.
– Ничего не обещаю.
Я закатываю глаза, адресуя это ее спине. Эта красотка бывает невыносимой, но я люблю это в ней. Каким-то образом она смогла забраться ко мне в душу. Даже когда она превращается в несносную девчонку, мне это нравится.
– Давай по-честному, – произношу я, прежде чем успеваю себя остановить. – Вся эта затея хоть как-то отражается на твоем трастовом фонде?
Я стесняюсь даже предположить сумму. В какой-то момент все нули начинают сходиться. Разница между ста миллионами и пятьюстами миллионами – это как разница между плаванием в Китай и Новую Зеландию для утопающего.
Маккензи замолкает на секунду. И еще одну. На смену ее веселому настроению приходит явное беспокойство.
– На самом деле, я не могу прикасаться к своему трастовому фонду, пока мне не исполнится двадцать пять.
Это заставляет меня задуматься, на что же тогда она купила отель? Я знаю, ее родители не дают ей денег. Она возмущалась, что они не одобряют ее амбиции.
– Если ты все это время не была наркобароном – что я бы точно воспринял с симпатией, – откуда ты, двадцатилетняя девчонка, взяла такую сумму?
– Ты подумаешь, это глупо. – Она останавливается и пялится себе под ноги.
Я немного нервничаю. Внезапно я задаюсь вопросом, а смог бы я смириться, если бы она подрабатывала съемками себя на камеру или чем-то в этом роде. Или еще хуже – если бы попросила меня присоединиться к ее финансовой пирамиде.