— Ваше шампанское, мэм, — сказал он, в очередной раз поправляя платок в нагрудном кармане.
Девина прищурилась и взяла бокал.
— Решил меня отравить? — улыбнулась она.
— Зачем мне травить женщину, с которой я не знаком? Подобные поступки — исключительно ваша прерогатива.
Несостоявшаяся невеста и давняя любовница доктора Альберта Родмана сделала большой глоток шампанского.
— Я их не травила, — дернула она плечом. — Это ты их убил, глупец. И любой, кто тебя знает, подтвердит. Давай-ка подумаем. — Девина Норвик начала загибать пальцы на правой руке. Кружевной рукав платья доходил до локтя, и Тристан заметил плохо зашитый шрам, продольную белесую нить на внутренней стороне запястья. — Ты руководишь лабораторией восстановительного центра. Бредишь идеей о высшей вампирской расе. Не раз говорил отцу, что люди, которые связываются с обращенными, не заслуживают того, чтобы называться людьми, и жизни тоже не заслуживают. Мужчину своей сестры ты чуть ли не в лицо называл наркоманом. И вот в Ночном квартале находят несколько трупов людей с перерезанным горлом. Все они раньше лечились в вашем центре. Все они когда-то встречались с вампиршами — а ты, в свою очередь, встречался с этими женщинами, и каждая из них подтвердит, что ты ненормальный. А когда об этом узнал Альберт…
Тристан присел на одну из скамеек беседки и жестом предложил Девине то же самое. Терри осталась стоять. Замерла в напряженной позе, сложив руки на груди. Выглядело это так, будто сестра готова броситься на гостью и вцепиться ей в горло.
— Очень складно, мисс Норвик, — похвалил молодой вампир. — А теперь послушаем мою версию.
Девина сделала еще один глоток шампанского и кивнула, показывая, что готова внимать.
— Я думаю, эта история началась в тот момент, когда вы познакомились с моим отцом, доктором Филиппом Хобартом, — заговорил Тристан. — Когда доктор Родман представил вас друг другу, он был увлечен другой женщиной, но вы привыкли получать то, что хотите. Вы устроились на работу в клинику — ничего сложного, ведь Альберт был влюблен до безумия и удовлетворял любой ваш каприз. Но отец оказался крепким орешком. Ваши традиционные уловки не работали, и вы решили пойти на крайние меры: отравить его женщину. Отец сдался, но лишь на одну ночь. А потом его сердце снова закрылось на замок.
— Это ложь, — высокомерно усмехнулась Девина. — Он сам виноват. Он окончательно рехнулся со своими экспериментами. И она виновата, потому что согласилась.
— В 1963-м у вас с доктором Родманом родилась дочь, — продолжил Тристан. — И вы оказались в сложном положении. С одной стороны, вы думали, что это отличный повод привязать к себе доктора Родмана. С другой стороны, понимали, что это навсегда отвадит от вас отца, потому что были прекрасно осведомлены об его строгих моральных нормах. Но отец так и не обзавелся женщиной, а доктор Родман увивался за каждой юбкой, потому что искал спасения от ваших чар. Вы отдали дочь в приемную семью, решив, что одинокий мужчина, пусть и такой упрямый — более легкая добыча, чем ловелас. И совершили роковую ошибку, мэм.
Девина хмыкнула, допивая шампанское, но не ответила.
— В 1970-м доктор Родман ставит вас перед фактом: он женат на женщине благородного происхождения, которая подходит ему по статусу, и больше не намерен иметь с вами ничего общего. Этот разговор происходит через три месяца после рождения Лариэля, вашего второго ребенка. Вы в ярости, и приходите в еще большую ярость, когда он говорит, что оставляет сына себе. Лариэль вместе с няней переселяется в дом моего отца. Вы отправляетесь следом, но получаете от ворот поворот. Отец заявляет, что вы не прикоснетесь к мальчику и не приблизитесь к его дому на расстояние пушечного выстрела. Вы инсценируете самоубийство, именно так поступила бы на вашем месте любая неуравновешенная особа. Моему отцу на это наплевать, что ожидаемо. А доктор Родман очень расстроен, и вы довольны, потому что добились должного внимания. Но до сих пор злитесь на него за то, что он отнял у вас сына. А заодно и дочь. — Тристан кивнул — больше себе, чем собеседнице. — Вы твердо убеждены в том, что именно доктор Родман убедил вас отдать дочь в приемную семью. Ведь он ставил себя в неловкое положение — ему пришлось бы жениться на женщине, которая не подходит ему по статусу. Несколько месяцев вы скрываетесь от всех и вынашиваете планы мести. И возвращаетесь в Треверберг с новым именем и чужим лицом. Встречаетесь с доктором Родманом — и былой огонь вспыхивает между вами вновь.
Терри бессильно выдохнула, сползла по стене беседки и опустилась прямо на пол, забыв о нежном шелке платья.