* * *
Мы законах, как в загонах.
О, стреноженные кони,
Если Бога нет в иконах,
То зачем они,
Иконы?
1975
«Не знаю я, где правда, где обман…»
* * *
Не знаю я, где правда, где обман.
Я в жизнь пришел, хотя и не был зван.
И тридцать верст остались за спиной,
Как тридцать гнезд, разрушенных войной.
И тридцать зим за тридцать медяков
Меня держали в стае дураков.
Куда я торопился и зачем,
Когда есть одиночество ночей?
И, словно наказанье, благодать
Познать. Но ничего не понимать.
И тридцать разудалых молодцов
Вокруг из рожи корчили лицо.
И говорили: «Делай, как и мы».
А мне смешно: орущие — немы.
Незванный я, но все-таки не гость,
Поскольку мне родится довелось.
А утренний развеялся туман.
Не знаю я, где правда, где обман…
1983
«Чем короче память — дольше жизнь…»
* * *
Чем короче память — дольше жизнь.
Некуда сбежать от укоризн.
Только, раскаляясь добела,
Прожитая сыплется зола.
Тихо растечется в никуда.
И темнеет талая вода
Вороньем, опухнущим от тризн.
Кто бы знал, что это тоже — жизнь…
1983
«Мы сами выбираем себе путь…»
* * *
Мы сами выбираем себе путь.
Из всех путей единственно возможный.
И повернуть назад уже не можем.
И вряд ли повернем когда-нибудь.
Я понял Истину.
А истина проста:
Голгофа начинается с Христа.
1974
«Сложить из дней дорожную суму…»
* * *
Сложить из дней дорожную суму
И разложить пасьянс из подаяний
Воспоминаний,
Словно заклинаний
Тех дней, когда остаться одному
Казалось равносильным наказанию.
Но вот рассвет, как прошлое, в дыму
По истеченью стольких разночтений
Вдруг придает значение —
Значению:
Тому, что оставаться одному
Не наказанье, а предназначение.
Не всякая одежка — по уму.
Не каждому лохмотья — по карману.
Но даже в забытьи самообмана
Не дай вам Бог остаться одному.
1986
«Не обещай, что будешь ждать…»
* * *
Не обещай, что будешь ждать —
Я всё равно об этом знаю.
И разве может быть иная
Любви земная благодать
И благодарность неземная.
Я знаю, рук моих тепло
Твои тревоги успокоит.
Вот прикоснусь к тебе рукою —
И расстояния стекло
Не запотеет слепотою.
Зачем так манит темнота
И что уводит от любимых
Мужчин — в неведомые зимы.
От тех, чьё имя никогда
С другими несоизмеримо?
Стрелой натянутого лука
В любви заложена разлука.
1985
«Цветасто поле…»
* * *
Цветасто поле
И душистей сад,
Возросшие из-под…
Навоза,
Которым, забросая,
Наградят —
Как самой благодатной из наград
Судьбы,
Где жизнь — поэзия.
А проза —
Её закономерный результат.
1983
«Когда дается жизнь взаймы…»
* * *
Когда дается жизнь взаймы,
Есть чувство странное вины
За то, что трачу.
И забираю, не воздав.
И снова путаюсь в счетах.
И меньше значу.
Но в утоление кострам
Есть свет прохладный по углам,
Как продолженье.
Он изначально и в конце.
И размывает на лице
Изнеможенье.
Какая странная игра:
Огонь подсвечного костра
Под образами.
Зажгу лучину на слезах
И обожжет огонь глаза.
И под глазами.
Но хохотнет в кустах сова,
И полоснет, шипя, трава.
И кто-то близко
Зрачок навета наведет
И, не умея бить навзлет,
Ударит низко.
И засмеется за спиной.
Ужели это всё со мной?
1988