Рядом с Чан Кайши неожиданно оказались заместитель по учебной части генерал Ван Болин и заместитель по строевой части генерал Хэ Инцинь.
Как выяснилось, все это время они шли чуть поодаль. Судя по всему, к разговору Чан Кайши основательно подготовился.
С генералами Лекса ладил, оба вели себя в общении очень почтительно, но ничем особенным не выделялись, их полностью подавлял сам Чан Кайши.
— Мы просим вас, шансяо Лан… — генералы склонились в поклоне. — Мы безоговорочно примем ваши советы и считаем, что только вы принесете нам победу…
В результате, таким образом, простор для маневра у Лешки сократился всего до одного решения. Оставалось только надеяться, что на мнение Чан Кайши руководство советской военной миссии положит с прибором. А на сам поход, Лексе было плевать с самой высокой конюшни.
Алексей от души ругнулся про себя и коротко ответил, опустив китайскую мудреную вежливость.
— Почту за честь…
— Отлично! — радостно воскликнул генерал. — Когда солдаты узнают, что их поведет в бой сам шансяо Лан, это сразу сделает их тиграми, а враги забьются в трепетном ужасе!
Генералы после исполнения своей роли испарились, Чан и Лекса продолжили прогулку, обсуждая предстоящий поход, и очень скоро добрались до берега, где расположилась импровизированная оружейная фабрика.
Как уже Алексей сетовал, поставки советского оружия в Китай в первых партиях отличались ужасной неразберихой и безалаберностью.
Несомненно, ценный военный ресурс, минометы Стокса прибыли вообще без боезапаса, а японские горные пушки с другими, не влезающими в казенник снарядами.
Лекса долго ломал голову, как поправить положение, потому что следующие поставки задерживались, а потом, вместе с советскими советниками по артиллерии нашел решение. Алексей просто «изобрел» с самого начала минометную мину современного образца, скопировав мину к миномету 2Б14 «Поднос», а военспецы оформили изобретение в правильный чертеж. Взрыватели и взрывчатку планировалось использовать с японских снарядов, которых наличествовало в сравнительном изобилии.
Исходя из опыта общения с российскими оружейными мастерами, Лекса с ужасом представлял, сколько проблем возникнет с производством, но, к его дикому удивлению, все получилось совсем по-другому. Совсем, наоборот, если точнее.
В дело вступила китайская сторона. Чан отдал распоряжение, с материка на остров доставили дядюшку Мина, местного цеховика, тот глянул на чертеж, почесал по очереди куцую бороденку с плешивой головой и сразу назначил цену за один экземпляр боеприпаса. Никаких вопросов, никаких требований, цена и все! Дальше последовал жесткий торг, но в итоге все ударили по рукам. Неделю на остров джонками завозили материал и инструментарий, а потом закипела работа.
В ряд курились три небольшие кустарные доменные печи, чуть поодаль, на забетонированной площадке тарахтел примитивный паровой двигатель, от которого работали два, не менее примитивных токарных станка, на которых обтачивали отлитые болванки и нарезали резьбу с обтюрирующими поясками, там же снимали облой напильниками с хвостовиков. А еще поодаль, под строгим руководством советских советников плавили тротил и заполняли им корпуса мин. В другой стороне, на дощатом помосте, несколько девушек шили из шелка и заполняли порохом колбаски дополнительных зарядов.
Производство работало четко и размеренно, как швейцарские часы. Дядюшка Мин осуществлял руководство из плетеного кресла и лишь иногда властно покрикивал, напоминая работникам о себе.
При виде гостей, он сорвался с места, по пути лупанул замешкавшегося пацаненка своей палкой, подбежал к Чану с Алексеем и застыл, почтительно согнувшись.
Лекса оставил с ним разбираться генерала и сразу направился к готовым изделиям, выставленным рядами в сторонке на поддонах.
Взвесил мину в руке, провел пальцем по резьбе гнезда взрывателя, покрутил ее в руках и расплылся в довольной улыбке. Внешне изделие выглядело очень аккуратно и качественно. Такого результата он даже не ожидал.
— Привет, Алексеевич! — к Лексе подошли два советских военных советника, оба комроты, крепкий коротышка Василий Никифоров и долговязый, как жердь, эстонец Карл Таам.
Выглядели парни по-рабочему, кителя сбросили, а головы повязали на китайский манер платочками.