С ними Алексей ладил, даже подружился. Впрочем, со всеми армейскими советниками у него отношения складывались вполне рабочие. Что нельзя было сказать о политическом корпусе, с политическими советниками все было сложно, за редким исключением.
— Здоров! — Лекса пожал им руки. — Как жизнь молодая? Еще отстрелы производили?
— Ага, — кивнул Карл. — Четыре выстрела выборочными минами, все штатно. С полными зарядами. На два с половиной километра садит в окружность пятнадцать-двадцать метров, еслис твердого покрытия стрелять и поправки совершать. Чугун так себе, крошится при взрыве, но это даже хорошо, много мелких осколков. Фугасное действие тоже неплохое. — Он показал на ладони маленький зазубренный кусочек металла. — Сейчас прикидываем баллистическую таблицу для стрельбы. Вот честно, Алексей, я не ожидал, что сработает. Светлая у тебя голова!
— На то он комполка, а ты Ванька-ротный! — радостно заржал Василий.
— Я Карл! Сам ты… Васька… — обиделся Таам.
— Ах, так?!! А ты чухна!
— Рязань косопузая!
— А ты… ты… — закипятился Никифоров. — Ты лабус! Вот!
— Хватит, парни! — Лекса с улыбкой остановил перепалку. — На сколько мин вышли в день?
— Когда восемь, когда десять… — огорченно вздохнул Василий. — Больше не получается.
— И хорошо, что не получается, — поучительно заявил Карл. — Спешка хороша только при ловле… как их… блох. Мы же еще над снарядами работаем.
Со снарядами к горным орудиям решили все просто. Сам снаряд вынимали из гильзы, гильзу отпиливали, отмеряли заряд и дальше снаряд снова завальцовывали. Как не странно, получалось неплохо, если не считать того, что дальность и точность выстрела несколько упали. А точнее, сильно упали. Но пушки стреляли и даже куда-то попадали.
В стороне Чан Кайши выговаривал дядюшке Мину очень недовольным голосом, а тот, даже осмеливался возражать, но очень робко.
— Минутку, парни…
Лекса понял, о чем там идет речь, подошел к генералу и тоже, подпустив в голос недовольства, высказался по-русски:
— Все плохо, очень плохо, чтоб тебя кобылы копытами поцеловали, мудак ты плешивый!!! Плохо, сказал!!!
Состроил зверское выражение на физиономии и вернулся к Карлу с Васькой.
— Ты чего, Алексеевич? — удивились специалисты. — Ведь нормально работают китаезы! Сам смотри…
Лекса сдержал улыбку и пояснил.
— Торгуются они. Плешивый цену пытался задрать, а генерал сбивал. Вот я ему и подыграл. Дядька Мин, понятное дело, рабочий класс, но берега терять, тоже не стоит. Да и генерал-то наш? Верней, за нас. Понятно?
— Ага! — ротные дружно кивнули. — Ну и голова у тебя. Тут такое… — они оба замялись. — В общем… нехорошие дела творятся…
— Что такое? — Лекса покосился на генерала, заметил, что он заканчивает с Мином и скомандовал. — Потом поговорим, а сейчас продемонстрируйте выучку своих подопечных. И да, быстро приведите себя в порядок. Ну что вы, в самом деле…
Подопечные, три десятка молодых китайских курсантов переминались в строю, испуганно поглядывая на Алексея и генерала. Перед ними стояла неказистая японская пушчонка Тип 31 образца 1898 года и один из минометов.
Чан Кайши подошел и поздоровался со специалистами за руку. Лекса предложил продемонстрировать выучку курсантов, генерал согласился, а дальше прозвучала резкая команда.
— Приготовиться к маршу! Привести орудия в походное положение!!!
Курсанты засуетились как муравьи, впрочем, очень организованно и слажено. И уже через одиннадцать минут застыли навьюченные составными частями пушки и миномета в походной колонне.
Алексей даже кивнул сам себе от удовлетворения увиденным. Курсанты сработали просто идеально.
— Расчеты к маршу готовы! — лихо отрапортовал Василий и с гордостью добавил. — Новый рекорд, на минуту улучшили…
Чан Кайши от удовольствия даже хлопнул пару раз в ладони, еще раз пожал руки Василию с Карлом и важно заявил Алексею.
— Думаю, мой добрый друг, в нашей дивизии появились новые начальники артиллерии! Да-да, я понимаю ваши сомнения, но я все устрою! Лошади? Зачем? Вьюки? Э-эээ… китайские солдаты очень выносливы. Хорошо, я прикажу достать несколько хороших мулов. Отличных мулов, сильных мулов!
С Василием и Карлом удалось поговорить только в конце инспекции.
— Ну что там, парни?
— Такое дело, Алексеевич… — Никифоров досадливо поморщился. — Тут к нам с Карлом Пинхас подкатывал. Ну, Пинхасович, советник по политработе, коминтерновец. Насчет тебя…