— Уж это я точно не представляю, особенно если ты на него смотрела так же, — усмехнулась я. — Спасибо, что не дала ему контакты, вдруг он какой-нибудь маньяк.
Аня махнула на меня рукой, раздраженно вздыхая.
— Ты такая пессимистка, дорогая. Просто невыносимо. Ну да ладно, а что там по проекту? Все в порядке?
Я неопределенно повела плечами.
— Много нужно доделать, так что некогда расслабляться.
— Ты справишься, это точно, — Аня погладила мое предплечье. — Ты больше всех достойна получить эту премию и полное финансирование на возведение.
Чувствуя, что недостойна таких слов, я лишь коротко обняла подругу.
Глава 12
Возле подъезда вечером я вновь попала в поле зрения нашего дозора под бессменным предводительством Марковны. Сегодня меня узнали, и я от этого испытала смешанные чувства — неужели я всегда выгляжу столь неприглядно, что в дорогом платье и с укладкой они меня сочли другим человеком?
На долгую беседу меня не хватило, поэтому я скоренько поинтересовалась здоровьем, и, выслушав привычные жалобы бодрых старушек, вежливо простилась с ними и свинтила в подъезд.
“Приземлилась, сделала кучу дел, устала. Все завтра” — сообщила Белла. Я отложила телефон, сдержав любопытство — беспокоить ее ответом не хотелось. Уж если моя железная сестра устала, то это показатель. Я скоротала вечер в непривычном “ничего-не-делании”, отказавшись от любых занятий, которые могли бы загрузить голову. Втайне, где-то в глубине души теплилась надежда, что это позволит мне переключиться и выдать какой-то интересный результат, чтобы не подвести доверие наставника.
Конечно же, я ошиблась.
Ни через день, ни через три меня не озарило. В телефоне то и дело возникали сообщения от Беллы, тарахтящей о превратностях своего путешествия и новых знакомых, и поочередно - мамы и отца, которые осторожно налаживали мосты после нашего неприятного разговора. “Зато не цапаются”, — беспечно махала рукой сестра, стоило упомянуть о них, и в целом, я была с ней согласна.
Пятницу я встретила в еще более мрачном настроении, чем со мной случалось. Затянув волосы в низкий хвост, я набросила на плечи поверх футболки строгий жакет, наплевав на то, насколько он подходит к джинсам и неизменным кедам. Он отражал мое желание оградить себя ото всех, и этим мне уже нравился.
Кипящий университет в этот момент точно высасывал мои личные запасы энергии подобно голодному вампиру, лишая возможности вложить усилия в личные наработки. Это вызывало открытое раздражение, я безотчетно злилась на все вокруг, но не могла ничего изменить. Не желая выплескивать ни на кого свое дурное настроение, все минувшие дни я передвигалась короткими перебежками, избегая длительных разговоров и ограничиваясь лишь своими рабочими обязанностями. Смак ситуации придавал полностью забитое расписание.
Последняя, пятая пара, виднелась на горизонте не как спасение, а как финальная пытка. Я с тоской пялилась на взятый на вахте ключ, думая, а не сбежать ли мне отсюда. Строгий голосок совести напомнил, что студенты не виноваты, а задание на проект выдавать все равно придется – и лучше это сделать раньше. Мне оставалось лишь подняться на четвертый этаж, отсчитывая минуты до конца этого долгого дня.
Студенты нестройно поприветствовали меня, очевидно, у них с узнаванием проблем не возникало. Я молчаливо кивала, жестом пригласив их следовать за мной. Стандартное помещение прямоугольной формы, три ряда по пять парт в каждом. Жалюзи наполовину прикрыты, позволяя просачиваться поздним солнечным лучам, освещая портреты именитых ученых на стенах. Для меня до сих пор оставался загадкой выбор именно этих персон в корпусе факультета архитектуры и дизайна, но если никого не смущает взгляд мадам Кюри, то с чего бы и мне устраивать восстание? Благо она в отличие от непоседливых студентов, была прекрасным слушателем, неспособным прервать даже самого скучного оратора.
— Располагайтесь, только прошу особо не кучковаться на задних партах, не люблю разговаривать на повышенной громкости, — указала я.
Дождавшись, пока толпа юных дарований с некоей ленцой расположилась на местах, я вытащила из рюкзака папку. Внутри лежали несколько листов с распечатанными темами, и мой личный список группы, где я делала собственные отметки для будущих “автоматчиков”. Прямо передо мной, на первой парте по центру вновь оказался Ник и блондинка Стелла, староста группы.
— Итак, — начала я, перекрыв голосом начавшийся было галдеж. — В конце семестра, перед зачетной неделей, вы должны будете защитить курсовую работу по курсу композиции. Времени не так много, уж поверьте на слово.