— Извините, — пробормотала я, шмыгнув носом. — А что с ним будет?
— Суд решит, — пожал он плечами, с некоей жалостью глядя на меня. — Но судя по вашим словам, тут особо нечего квалифицировать. Сто тридцать девятая — попытка проникновения, да порчу имущества добавим. Не буду врать, но в таких случаях чаще всего обходится штрафом или обязательными работами.
— А если он снова придет, только подготовится лучше? Если он подкараулит меня? Изнасилует, убьет? — упавшим голосом спросила я.
Полицейский устало поправил фуражку.
— Девушка, за потенциальные несовершенные преступления его ни один суд в мире не может задержать. Я понимаю ваши опасения, но у нас нет оснований. Простите. Будьте осторожнее, не забывайте о самообороне, и звоните, если снова будет вас беспокоить любым образом.
Я поджала губы. Хотелось кричать от несправедливости, но разумом я понимала, что он прав. Что он может, рядовой сотрудник? Как ему уберечь меня от опасности, которая только теоретически может произойти? Да и зачем?
Надавив на ручку куда сильнее, чем требовалось, я подписала свои показания. Протянув лист и папку обратно старшему лейтенанту.
— Спасибо, что быстро приехали. От меня еще что-нибудь требуется?
— Нет, этого достаточно. Если будут какие-то изменения, вам сообщат. И вот, — он протянул мне отпечатанный на простом листе номер телефона. — Запишите себе, я ваш участковый, можно напрямую обращаться.
— Да, запишу. Еще раз спасибо, — я замялась, но все же спросила. — Скажите, а вы его ведь заберете сейчас?
Участковый оценивающе взглянул на мое лицо, и покосился на часы.
— Увезем, для уточнения обстоятельств. Но вы же понимаете, что законных оснований удерживать его долго у нас нет. Будьте аккуратны, — с намеком протянул он. — Всего доброго.
Я открыла ему дверь, выпуская наружу. Напарник с видимым облегчением отвел руку от оружия.
— Проедем, гражданин, — участковый кивнул Саше. — Давайте своим ходом вниз, или предпочитаете наручники?
— Сам, — покладисто ответил парень.
Повернув голову ко мне, замершей у приоткрытой двери, он растянул губы в улыбке, от которой по моей спине пробежала волна холода.
— До встречи, Лилс. Я уверен, что мы все наладим, крошка.
Я резко захлопнула дверь, отрезав себя от внешнего мира. Через минуту моего бывшего возлюбленного посадили в УАЗик, увозя в отделение полиции. Уже в ту минуту я поняла, что мое сопротивление и неприязнь разбудили в нем что-то темное и отвратительное. И уж точно он не простит мне ни разбитого носа, ни задержания. А во что именно выльется следующая наша встреча, представлять было попросту страшно.
Я нащупала кнопку включения на телефоне, разблокировав экран, и набрала первый попавшийся номер.
— Хай, — раздалось в ответ. — Не ожидала твоего звонка. Что-то случилось?
Что ж, подруга это один из лучших вариантов.
— Ань, как насчет выбраться куда-нибудь сегодня вечером? — голос предательски дрогнул.
— Конечно, — удивилась подруга. — Заезжай ко мне через час. Как раз намечается отличный концерт, и потом можно сходить еще в пару мест…
За что я люблю Анечку, так за непревзойденный оптимизм и легкость на подъем. И то, и другое было вовсе несвойственно мне, но именно эти черты могли помочь хоть ненадолго забыться.
Глава 18
Спустя час я звонила в дверь Аниной квартиры, расположенной практически в самом центре города. Буквально в паре минут находился вход на станцию метро Советская и большой, наполненный зеленью, парк Дружбы. Трель птичьим чириканьем пронеслась, затихая, и сменившись торопливыми шагами.
Подруга приветливо распахнула двери, засияв теплой улыбкой, и посторонилась, приглашая меня войти.
— Рада тебя видеть, хотя, признаюсь, удивлена! — сказала она. — Я думала, что работа и проект занимают все твое время. Как хорошо, что я ошиблась. Ну проходи же, что ты застыла на пороге!
Я стянула кеды, неаккуратно наступая на пятки, и прошла за Аней на кухню. Она гремела стаканами, деловито разливая сок, и выставляя угощение на стол.
— Хорошо, что ты согласилась. Мне очень надо развеяться, – слабо улыбнулась я. — Так куда ты предлагаешь пойти?
— О, ты не поверишь, как нам везет, дорогая моя! — Аня воодушевленно всплеснула руками. — Музыкальный фестиваль, что-то вроде конкурса. Будут местные команды, и много приезжих, разные жанры, так что не заскучаем.
— Звучит здорово, когда начало?
— Через час, кажется.
Аня смерила меня придирчивым взглядом.
— Ты собираешься идти в этом?
Я с недоумением осмотрела себя: ничего необычного, джинсы, белая футболка, сверху плотная рубашка в шотландскую клетку. Верхнюю одежду заменила кожаная куртка, которую в безветренную погоду я носила незастегнутой, а головным убором я пока что пренебрегала. Забранные в высокий хвост волосы точно были чистыми, так что к пониманию, что именно выводит Аню, я не приблизилась.