Точно издеваясь надо мной, Ник повозился, располагаясь удобнее, и забросил согнутую в локте руку за голову. Тень от возмутительно длинных ресниц затрепетала, глаза закрылись. С трудом заставив себя последовать его примеру, я смежила веки, практически провалившись в сон: то ли от усталости, то ли от ранее пережитого напряжения. Где-то на грани ощущений чудилось что кто-то гладил меня по волосам и шептал приятные слова. Сон ли это был или явь? Но мне хотелось, чтобы это было правдой.
— Отдыхай, я буду рядом. Я не дам тебя в обиду…
— Ты дрожишь, — прошептал Ник, притягивая меня в свои объятия.
Я уткнулась носом в его шею, вдыхая аромат духов с отчетливой древесной ноткой.
— Дрожу, — согласилась я. — Но мне хорошо.
Ник фыркнул от смеха, и прижал меня покрепче. Его сердце сильно колотилось, и я с удовольствием слушала его ритм. Легко было представить, что оно отбивает тайное послание только для одного адресата, вновь и вновь рассказывая о том, что скрывается от глаз.
— Мне тоже очень хорошо, — признался он. — Но я не хочу, чтобы ты заболела. Давай я отвезу тебя домой?
Я вздрогнула вновь, вот только уже совсем не от холода.
— Не хочу.
— Боишься, что этот тип снова придет? — спросил Ник.
Не поднимая головы, я кивнула, вжимаясь в его грудь. Парень чуть отодвинулся, и приподнял мою голову, нежно придерживая подбородок.
— Эй, послушай, — мягко сказал он. — Я не дам тебя в обиду. Если он снова заявится, я спущу его с лестницы. И буду делать так всякий раз, пока до этого недоумка не дойдет, что тебя нельзя трогать. Веришь?
— Хочу верить, — ответила я.
— Я знаю, что это может прозвучать немного неправильно, но может быть, поживешь у меня? Пока не станет спокойнее, хотя бы.
— Я думала, ты живешь вместе с семьей, — удивилась я.
Ник улыбнулся.
— Уже нет. Влез в ипотеку. Так что перед тобой гордый раб банка, который отдает практически весь заработок с фриланса, лишь бы не жить под крылом любящих родственников в режиме двадцать четыре на семь.
— Это звучит здорово. Но знаешь, это кажется немного стремительно.
— Могу отвезти тебя к родителям. Или к подругам. Где бы ты хотела побыть?
Я тяжело вздохнула, отстраняясь.
— На самом деле, спокойнее, чем в собственном доме, мне нигде и никогда не было. Но я попросту боюсь, что теперь я и там могу оказаться в опасности. С другой стороны, нельзя же вечно теперь жить в страхе?
— Нельзя. Страх убивает нас, съедает заживо. Поедем, — он ласково коснулся губами кончика моего носа. — Я провожу тебя, и прослежу, чтобы все было хорошо.
— Ладно, — проворчала я.
Ник вызвал такси, быстро указав в приложении мой адрес. Желтая машина, мигнув, построила маршрут к набережной, ломаной линией пролегающий между клонящихся в сон кварталов. Через пару минут мы загрузились на заднее сидение и помчались по отливающим оранжевым светом ночному городу. Теплая ладонь Ника приютила мои пальцы, легонько поглаживая их, пока километр за километром оставались позади.
Знакомое переплетение дорог послушно вело нас вперед, на другой берег. В моих мыслях витала легкая дымка, и лишь касания Ника поддерживали связь с реальностью. Водитель остановился напротив моего подъезда, и торопливо отбыл на следующий заказ.
— Кажется, никого лишнего, — Ник огляделся. — Давай я доведу тебя до квартиры?
— Давай, — в кои-то веки мне повезло быстро найти ключ.
В очередной раз дав себе обещание привести связку в порядок, я открыла дверь, заходя внутрь. Ник мягко придержал меня за плечо, и пошел первым, цепко осматривая плохо освещенные лестничные пролеты и углы площадок на предмет посторонних. Его профиль казался резким, резным, напряженная фигура была готова тут же ответить на любую угрозу. Напротив моей квартиры он был особенно насторожен, поднявшись еще на один пролет выше, и прислушавшись.
— Кажется, все спокойно, — наконец сказал он. — Никаких неадекватных бывших.
Замок звонко щелкнул, втягивая цилиндры обратно в свои недра. Я смотрела в приоткрывшуюся темень квартиры, ощущая не спокойствие, которого жаждала, а удушающий страх. Он сковал мои ноги в невидимой хватке, лишил возможности двигаться.
— Лия, — негромко позвал меня Ник. — Ты в порядке?
Я с трудом повернула к нему голову, и отрицательно дернула подбородком. Он протянул руку, вновь обхватив мои пальцы, точно по волшебству отгоняя сгустившиеся в душе тучи.