Солнечному свету было на это абсолютно плевать, и он вновь полез мне под веки. Смирившись с неизбежностью, я поднялась: даже если плотно закрыть шторы, я все равно не смогу уснуть, раз приняла вертикальное положение. Наощупь найдя тапочки, я втиснула в них ступни. Растрепанные за ночь волосы хотя бы не слишком сильно спутались, что радовало, и я ограничилась парой движений массажной расчески.
Дверь в комнату почему-то была прикрыта, и я с непривычки врезалась в нее.
— Не помню, чтобы закрывала тебя, вражина, — проворчала я, потирая пальцы на левой ноге.
Выйдя в коридор, я услышала непривычные для моего дома звуки: шипело масло, тихо постукивала лопатка, что-то тихо бренчало. Мужской голос тихо мурлыкал песню. “Ник”, – дошло до меня. Выходит, он остался до самого утра, а сейчас обживается на моей кухне. Прокравшись поближе, я тихонько выглянула из-за угла.
— Я сопьюсь с тобой, собьюсь с пути-дороги, я споюсь с тобой как ангелы и боги… (2)— удалось мне разобрать, пока я откровенно пялилась на полуодетого парня, хозяйничающего за плитой.
В ушах парня были наушники, он был полностью поглощен музыкой и готовкой. Не успевшие высохнуть после душа прядки немного завились. Ник дирижировал себе лопаткой, ловко переворачивая аккуратные блинчики, все как один полупрозрачные и золотистые. Целая стопка их уже лежала на плоской тарелке, источая дивный аромат.
Я уселась за стол, наблюдая за его танцующими движениями. Что-то трепетало в душе, разгоняло кровь от одного лишь этого вида. Ножка стула резко скрипнула, стоило мне откинуться на спинку. Ник вынул наушник, резко разворачиваясь, но напряжение тут же оставило его лицо, сменившись симпатичной улыбкой. Ямочки на щеках отчетливо проявились, делая его еще более привлекательным.
— Привет. Как спалось?
— Мне кажется, я телепортировалась из одного дня в другой, — улыбнулась я в ответ. — Никаких кошмаров.
— Это уже неплохо, — он кивнул своим мыслям. — Позавтракаешь? Уверяю, это лучшие блинчики как минимум в этом районе города!
— Хвастун. Давай сюда тарелку, я голодна как стая волков.
Ник ловко, точно успел узнать кухню лучше меня, вытащил пару тарелок, выставляя их на обеденный стол. Тут же оказались небольшие пиалы с джемом, сметаной и сгущенкой. Я подцепила кружевной кругляш, складывая конвертом, и перетащила на свою тарелку. Парень уселся напротив.
— Не знала, что у меня есть сметана, — сказала я. — Хотя, я в целом удивлена, что ты нашел из чего приготовить завтрак.
— Ты не любишь готовить? — поинтересовался Ник, выкладывая себе порцию.
— Как говорит моя сестра, мы с кухней не совместимы. Каждая попытка может закончиться членовредительством.
— Ого. Звучит серьезно, — Ник усмехнулся. — А я вот иногда люблю что-то наколдовать.
Тесто растаяло во рту, и я едва удержалась от восторженного мычания.
— Ох, ты не соврал, это правда очень вкусно, — наконец смогла я проговорить.
— Рад, что тебе нравится.
— Стой, у тебя тут что-то.
Точно во сне, я протянула руку к лицу замершего парня, стирая следы джема на нижней губе. Его взгляд ощутимо потяжелел, приобретая цвета предгрозового неба. Наши глаза соединились. Медленно отодвинув руку, я приблизила испачканный малиной палец к собственному рту. На языке разлилась сладость.
В глазах Ника вспыхнул огонь. Он сорвался с места, приблизившись ко мне так близко, что наше сбившееся дыхание смешалось. Опираясь одной рукой на столешницу, он напоминал готового ко прыжку хищника. Левая рука сжала мою талию, прижимая меня вплотную к его пыщущему жаром телу. Губы разделяли считанные сантиметры. Волна возбуждения пробежала по моему телу, соски четко выделились под тканью, набухнув.
— Если это была не провокация, лучше останови меня сейчас, — срывающимся голосом попросил он.
— Лучше поцелуй меня, — ответила я, забрасывая руку на его плечо.
Не сдержав легкий стон, Ник прижался к моим губам. Нежные, теплые губы ласкали, получая ответ. С каждой секундой поцелуй становился все более горячим, нетерпеливым. Я захлебывалась в страсти, которая вырывалась наружу, соединяя два тела. Ладони парня пробрались под футболку, посылая сотни мурашек от каждого практически невинного поглаживания обнаженной кожи.
Захлестнувший нас поток страсти точно марево отгораживал нас ото всего остального мира. Я не помнила, как и когда мы успели переместиться, но теперь я была сверху, оседлав его колени. Ладони Ника успели изучить каждый сантиметр моей спины и обхватили талию. Большие пальцы едва касаясь очертили круг на животе, от которого меня бросило в дрожь. Откинув голову, я не смогла держать стон. Обжигающие поцелуи цепочкой пробежали по моей шее.