— За аутентичность, — буркнула она, бросая в каждый бокал по одной из получившихся шпажек.
С сомнением посмотрев на полученную композицию, она подняла бокал и не чокаясь, выпила.
— И за хороший вкус, — скривив губы, добавила она.
Я отпила, выжидающе посмотрев на подругу.
— Рассказывай, что там твой рокер?
Аня раздраженно потерла лоб. Романтический флёр, который сопровождал ее в начале отношений, явно был разрушен. Оставалось разобраться в причинах.
— Вообще все было неплохо, — начала она. — Почти месяц прошел без всяких проблем или неприятных закидонов. Но накануне он выдал такой номер, что я не знаю, как поступить.
— Насколько все ужасно по шкале от “слегка накосячил” до “предатель рода человеческого”? — склонив голову к плечу, поинтересовалась я.
Пожав плечами, подруга отвела взгляд.
— Не знаю.
Мои брови удивленно приподнялись.
— Интересно. А что насчет его отношения к тебе? Какой он сам, как человек?
Аня глубоко вздохнула, её взгляд намертво прилип к полу.
— Он уважает меня, ценит мое мнение. С ним интересно, знаешь, я с ним так смеюсь, от души, — уголки губ девушки приподнялись. — Хоть он и выглядит нелюдимым неформалом, он очень классный. Я даже думала, что он тот самый…
Зачатки улыбки погасли, Аня прервалась. Точно отгоняя неприятную мысль, она тряхнула головой, рыжие прядки пружинисто подпрыгнули. Я добавила напиток в наши бокалы.
— Тогда я совершенно не понимаю, в чем дело, Ань. Раз он так хорош, что же случилось? — спросила я. — Ведь сделай он что-то действительно ужасное, ты бы не стала подчеркивать его положительные качества.
— Он… — голос Ани сорвался, и она пригубила напиток прежде чем закончить. — Он сделал мне предложение.
Я поперхнулась, и осторожно убрала бокал.
— И это плохо? — осторожно уточнила я.
— Это слишком рано. Он все испортил!
Подруга уронила голову, застонав в сомкнутые ладони. Целая гамма чувств, показавшаяся на ее лице, убедила меня, что она действительно находится в растерянности, и не понимает, куда ей двигаться, какое решение принять.
— Ань, но если все хорошо, и он тебе во всем нравится, то почему ты так реагируешь? Сказала бы ему, как есть, что это слишком рано, и ты не готова, — я смотрела на подругу, которая страдающе отводила глаза. — Если он ценит тебя, как ты сказала, он непременно поймет. Что ты вообще ему сказала?
— Сказала “нет” и убежала, — шепотом ответила она. — И не отвечаю ему. Я так испугалась. Все так быстро происходит.
— Хотя бы не наговорила ему всяких гадостей, это уже неплохо. Но он тебе нравится, и ты не планировала расставаться?
Аня всхлипнула. По симпатичному лицу заструились слезы.
— Лил, я такая дура… Что же я наделала. Он не простит меня.
Через минуту она рыдала, ткань моей блузки практически мгновенно обзавелась пятном, куда одна за другой падали горькие слезы. Приобняв расстроенную подругу, я поглаживала ее по спине, не мешая выплескивать избыток эмоций. Через какое-то время она чуть успокоилась и отстранилась, шмыгнув носом.
— Ань, напиши ему, — я чуть сжала ее ладони. — Прямо сейчас напиши, не тяни. А лучше позвони. Поговорите по-честному. Раз уж ты нашла мужчину, который стал тебе дорог, так не теряй его по такой глупой надуманной причине.
Собственные слова заставили меня замереть. Почему-то в отношении других я смогла быть более понимающей, чем в собственных.
Аня вытащила свой телефон, гипнотизируя заблокированный экран. Наконец, она решилась, и открыв пестрящую сообщениями переписку, принялась печатать. Её сообщения, одно за другим, летели через город, находя своего адресата. Видимо, парень действительно волновался, сразу начав писать что-то в ответ, отчего подруга бессознательно заулыбалась. Я усмехнулась, наблюдая, как остаток слез иссякает, так и не пролившись, втайне радуясь за то, что у подруги дела явно пошли на лад.
Мой телефон показал на экране разблокировки пару дюжин пропущенных звонков, среди которых больше половины были от Ника. Прикусив губу, я открыла мессенджер, в котором прибыло немало сообщений от него, прочитав последние:
“Лия, что случилось? Ты бежала так, словно все черти ада гнались за тобой.”
“Я волнуюсь, пожалуйста, возьми трубку!”
“Милая, я правда переживаю о тебе, что происходит? Пожалуйста, ответь”
Покосившись на уже успокоившуюся Аню, я решилась.