Я протянула руку, позволив нашим пальцами переплестись.
— Ты и так помогаешь. Твоя поддержка придает мне сил бороться. Быть тем, кем я хочу быть.
Он прикоснулся губами к моему запястью, запуская по моему позвоночнику легкую дрожь.
— Я не устану благодарить судьбу, что столкнула нас, в прямом и переносном смысле, — губы Ника изогнулись в улыбке. — Это настоящее счастье, когда ты рядом.
Мой пульс участился, и я поняла, что окончательно и бесповоротно пропала.
Глава 30
Зайдя домой, я закрыла дверь на оба новеньких замка, и сползла по ней на пол. Сдерживаемая истерика выплеснулась наружу целым потоком слез, которые меня опустошали. Телефон вибрировал, кто-то пытался до меня дозвониться, но мне было плевать, стыд и боль поглотили меня. “Кто им рассказал? Зачем?” — меня терзали одни и те же мысли. И те ответы, что приходили на ум, были один хуже другого.
Но самым отвратительным и ужасным был тоненький голосок сомнений, не раскрыл ли карты сам Ник. Одна только мысль об этом корежила мое нутро. Если это окажется правдой, то это пережить будет куда сложнее.
Слезы, забрав с собой часть напряжения, наконец высохли. Ноги успели затечь от сидения в неудобной позе, и я была вынуждена держаться за стену, пока поднималась. Залпом выпитый стакан воды едва ли помог, всхлипы порой все же вырывалиь наружу, а внутренности так и сжимала ледяная рука. Телефон продолжал время от времени дергаться в конвульсиях звонков, и мне попросту было страшно проверять, что происходит.
Во входную дверь кто-то настойчиво застучал.
— Лия, открой, пожалуйста, — донесся чуть приглушенный голос Ника.
Вздохнув, я попыталась взять себя в руки и вытерла лицо. Щелчки замков отдавались неприятными ощущениями. Бледный и взволнованный парень ворвался внутрь, тут же стискивая меня в объятиях. Он крепко прижал меня к себе, захлопнув дверь локтем.
— Ты почему не отвечаешь? Я так испугался за тебя! — резковато произнес он. — Милая, ты плакала?
— Я в процессе, — буркнула я куда-то в его грудь.
— Зря ты меня остановила, надо было свернуть челюсть этому придурку, он очень активно напрашивался.
На его красивом лице заходили желваки.
— Я не знаю, откуда они узнали о нас, — пробормотал он. — Поверь, я не рассказывал ни одной живой душе.
Словно камень упал с моих плеч от этих слов. Это было самым важным в данную минуту.
— Я верю. Но, похоже, мы были неосторожны и попались кому-то на глаза.
Ник вздохнул. Его крепкие ладони поглаживали мою спину.
— У тебя будут проблемы? — тихо спросил он.
— Если дойдет до руководства, то скорее всего, — я пожала плечами. — Не могу сейчас об этом думать.
Он нежно поцеловал меня в лоб, вглядываясь в глаза.
— Наверное, это прозвучит немного эгоистично и неумно, но я в какой-то мере рад, что карты на столе. Теперь нам не придется скрываться. Я и раньше не хотел этого, но шел на такой шаг, потому что так было нужно для твоего спокойствия. Я был бы счастлив прокричать на весь свет, какой я счастливчик, как мне повезло быть рядом с такой чудесной девушкой как ты.
— Что ж, твое желание сбылось. Правда не так, как хотелось бы, — с легкой иронией выдавила я. — После подобного... смысла скрываться у нас действительно больше нет. Злых сплетен даже от одной группы может разнестись столько, что узнает каждая дворовая собака.
В этот миг мне хотелось представить, что весь мир сжался до размеров моей квартиры. Что снаружи мое имя никто не треплет. Что те, кому я недавно читала лекции, не позволяют себе пошло шутить о моей личной жизни. Я знала, что все это неправда, но отрешиться от этого было приятно. Как будто рядом только человек, который безумно дорог моему сердцу, а все остальное не имеет значения.
Губы Ника оказались на моих прежде, чем я успела подумать об этом. Он был трепетен и нежен, точно боялся мне навредить. Я чувствовала, что случившееся коснулось его иначе, глубоко внутри он сдерживал гнев. Прорываясь наружу в микроскопических касаниях, чуть более резких, чем остальные, он подпитывал меня силой.
— Не сдерживайся, я не сломаюсь, — прошептала я ему в губы. — Я хочу забыться, хочу не думать ни о чем, кроме тебя.
— Слушаю и повинуюсь, моя госпожа, — Ник усмехнулся.
Обрушившиеся на меня касания стали подобны огненному вихрю, заставляя выгибаться навстречу каждому. Я терялась в том, как ловкие пальцы касаются чувствительных местечек, как губы жадно исследуют открывающуюся кожу. Он стаскивал с меня вещь за вещью, то и дело трещала ткань, разорванный джемпер покоился у меня под ногами. Я выступила из сковывающих мои лодыжки джинсов, ногой отодвигая их куда-то в сторону.