Поэтому в справочный отдел он заглядывал только в исключительных случаях.
Сегодня как раз и был такой, исключительным.
— Верочка, нужна помощь, — перешел на деловой и вместе с тем заговорщицкий тон Чубаристов. — Есть тут у меня четыре мордашки… хорошие мордашки, да только подозрительные. Надо бы их поискать в картотеке, авось какие-нибудь сведения обнаружатся.
Вера пожала плечами, вроде хотела отказать, да не смогла.
— Витя, ты же знаешь — не положено.
— Знаю, Верочка, потому к тебе и пришел. Только ты мне в этой ситуации поможешь.
— Не могу.
— Можешь, — мягко настаивал Чубаристов.
— Нет.
— Да, — он взял ее руку в свои ладони, и она с испугом отдернулась, покраснела, спрятала глаза.
— Не надо, Витя…
— Помоги.
Она стиснула зубы.
— Что за мордашки? — наконец спросила она.
Чубаристов воровато огляделся по сторонам и извлек из внутреннего кармана пиджака фотографию, которую сделал на демонстрации Веня.
— Это — мордашка номер один, — Чубаристов показал на пробирающегося сквозь толпу кавказца, — а эта троица, — он обвел пальцем группу на заднем плане, — остальные.
Вера внимательно рассмотрела снимок.
— Когда тебе нужна информация?
Виктор подался вперед, навалился грудью на стол и, приблизив лицо к лицу Веры, вкрадчиво произнес:
— Сейчас.
— Шутишь.
— Нисколько. Это очень важно!
— Сейчас абсолютно невозможно. Шефа нет, но он может появиться в любую минуту.
— А может и не появиться, — возразил Чубаристов. — Верочка, теряем время. Пока мы тут препираемся, все уже было бы сделано.
Она решилась, поддавшись не столько доводам, сколько ему самому, его присутствию.
— Идем, — сказала она и, не оборачиваясь, направилась к двери с надписью: «ПОСТОРОННИМ ВХОД СТРОГО ВОСПРЕЩЕН».
Это была компьютерная картотека Федеральной службы безопасности.
Чубаристов и сам был удивлен, почему просьба Клавдии — не просьба даже, а так, случайная фраза, впопыхах брошенная в разговоре, — задела его.
Возможно, из подсознания всплыла давно забытая информация, а может, просто интуиция подсказала: иди и ищи.
Как бы то ни было, одно из лиц на Венином снимке вдруг показалось Чубаристову неуловимо знакомым. И, самое смешное, Виктор наверняка не мог сказать, какое именно лицо.
Однако у него существовало твердое правило: если чувствуешь подвох, разбирайся до конца, не откладывая в долгий ящик.
Служба такая: отложишь — и сам можешь сыграть в ящик, причем недолгий.
Поэтому, переступив через нежелание видеть Веру, тем более обращаться к ней за помощью, Виктор навел справки, выяснил, когда ее начальник отлучится на очередное совещание, и с беспечным видом заявился в справочный отдел.
— Боюсь, ничего не получится, — говорила Вера, включая компьютер. — Изображение нечеткое, фигуры в движении… смазанный ракурс. Компьютер может не идентифицировать лица.
— А мы попробуем, — беспечно отозвался Чубаристов, и тон его не вязался с серьезным выражением глаз.
Машина загудела и выпустила из щели сноп света.
Работа началась.
— Что молчишь? Расскажи о себе, — сказала Вера, склонившись над клавиатурой и изредка поглядывая на дисплей.
— Живу полнокровной жизнью, — ответил Чубаристов. Он вглядывался в возникшее на экране укрупненное лицо первого из преследователей.
Тонкие пальцы молодой женщины стремительно побежали по клавишам.
— Редко заглядываешь… Боишься?
— Кого?
— Меня. Или просто избегаешь?
— Что ты, Верочка, разве я могу? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
— Знаю. Потому и говорю.
— Запроси расширенный поиск, — распорядился Чубаристов. Он, конечно, был озабочен, но еще и наигрывал озабоченность. Он теперь тихо злился на Клавдию, которая втянула его в эту авантюру, вынудила идти на поклон в секретный отдел ФСБ.
«Больше — ни за что!..» — мысленно восклицал Виктор, физически ощущая, как медленно тянется каждая секунда.
Вера перестала докучать ему расспросами.
Лицо ее тоже приняло сосредоточенное выражение.
Компьютер сканировал фотоизображения, и первые результаты настораживали.
— Кто эти люди? — не выдержала молчания Вера.
— Хотел бы я это знать…
— Они перешли тебе дорогу?
— Пока нет. И не советовал бы им это делать.
— Пожалуй, и я бы тебе не посоветовала. — Вера откинулась на спинку стула и строго посмотрела в глаза собеседнику. — Они тебе очень нужны?