«Ну вот, начинается! — с замиранием сердца подумала Лена. — А если целоваться полезет?»
От этой мысли у нее закружилась голова.
— Говорят, у нас тут за углом бар открыли… очень симпатичный, — покачивая веткой, заявила она, стараясь сохранить независимый вид, — там кабинки закрытые… уютно, говорят.
Пучков, казалось, пропустил эту информацию мимо ушей.
— Ты слышишь, Вова? — Лена заглянула ему в лицо. — Я говорю: может, в бар пойдем, а то что-то холодно.
В закрытых кабинках, девчонки рассказывали, удобно целоваться, не боясь, что кто-нибудь помешает.
— В бар? — рассеянно переспросил Пучков. — Можно. Только я приятеля жду, он вот-вот должен подойти. По делу…
— По какому делу?
— Много будешь знать, скоро состаришься, — усмехнулся Вовка.
Лене не терпелось затеять светскую беседу, и, так как образовалась пауза, она решила заполнить ее изысканным разговором.
— Вова, а правда, что ты машину умеешь водить? — поинтересовалась она.
— Ну…
— А «мерс» — тоже можешь?
— «Мерседес» разве не машина? — снисходительно буркнул кавалер.
Лена мечтательно закатила глаза.
— Вот я, когда вырасту, только на «мерседесе» ездить буду. Никаких троллейбусов! Надо жить шикарно, а не как эти… «совки». У моей мамаши на уме одни авоськи, продукты и работа. Как будто больше ничего нет на белом свете.
— Это ты дело, старуха, говоришь, — кивнул Пучков. — Когда купишь «мерс», зови меня, я тебя с ветерком прокачу.
Лена поняла последнюю фразу как залог любви и преданности и расплылась в счастливой улыбке.
— Где же твой дружок? — спросила она. — Опаздывает?
— Он такой, — отвечал ухажер, оглядываясь по сторонам.
Лена увидела, что к ним, перебежав проезжую часть дороги, направляется сутулый и весьма помятый субъект с лицом-грушей и маленькими глазками.
— Ты Пучок? — поинтересовался он, сплюнув на обочину.
— Ну я, — а ты кто такой?
— А я от Сереги. Ты его ждешь?
— Ну.
— Он не сможет прийти. Передал, чтобы я тебе все сам сказал. Косуха у меня. Деньги вперед.
— Черная? — прищурившись, спросил Пучков.
— Черная, — подтвердил субъект, — кожаная. Супер-пупер, высший класс.
— Сколько?
— Договоримся.
— У меня денег нет с собой, — выпалил Пучков.
— А уж это не моя печаль. Будут бабки — будет куртка. Только гляди, пацан, я долго ждать не могу. Не хочешь, я любому корешу ее спихну, и он мне еще спасибо скажет.
— Слушай, Лен, — озабоченно обернулся к спутнице Вова, — тут клевое дело подворачивается, косуху себе по дешевке купить собираюсь. Короче, надо за деньгами сбегать.
— Куда? — растерялась Лена.
— Да не тебе. Я сам… Мигом обернусь. А ты пока постой тут с этим корешем и обязательно меня дождись. В бар пойдем. Идет?
— Идет, — пожала плечами Лена.
Вовка подмигнул субъекту и был таков.
Лена переминалась с ноги на ногу, от нечего делать тоскливо озираясь по сторонам и не зная, как себя вести в такой ситуации. Наверное, думала она, для взрослых подобное — обычное дело, и, стало быть, держаться надо соответственно.
— Ты чего, его подружка? — с кислой улыбкой поинтересовался субъект.
— Да, — кивнула Лена. — А что?
— Ничего. Может, мы ему сюрприз сделаем?
— Какой?
— А вот какой, — оживился субъект. — Мы сейчас быстренько ко мне слетаем и курточку прихватим. Он с бабками прибежит — а косуха уже тут как тут, его дожидается.
Лена замялась.
С одной стороны, ее всегда учили, что нельзя заговаривать с незнакомцами и тем более идти с ними неизвестно куда.
С другой же стороны, этот человек — знакомый Вовки и, стало быть, ничего дурного сделать ей не может.
Если ему доверяет Вовка, то должна доверять и она.
И, самое главное, Лене очень хотелось сделать Вовке приятное. Можно себе представить, как он обрадуется, когда увидит желанную косуху в ее руках.
Короче говоря, она пошла следом за потертым субъектом.
— Здесь рядышком, — суетился провожатый, — пять минут ходьбы… и остановочку на метро.
— На метро? — неприятно поразилась Лена.
— Всего одна остановочка… Не боись, подружка!
Они миновали турникет и стали спускаться вниз по эскалатору.
Субъект то и дело оборачивался и улыбался Лене хитренькой улыбочкой, обнажая неровный ряд мелких потемневших зубов.
Поэтому, вероятно, он и прозевал появление у подножия эскалатора высокого тучного милиционера с сердитым морщинистым лицом.
— Ну-ка, Вася, — поманил его пальцем милиционер, — подойди сюда.