— Вы мне? — фальшиво удивился провожатый.
— Тебе, тебе, — подтвердил офицер милиции не предвещающим ничего хорошего тоном. — И подружку свою прихвати, не забудь.
— Я его не знаю, — попыталась возразить Лена, но милиционер кивнул: мол, все вы так говорите — и жестом приказал: следуйте за мной. — Мы случайно познакомились, — бормотала Лена, пока милиционер вел их к неприметной дверце в глубине зала. — Я его вообще первый раз вижу!..
Это было совсем некстати. События принимали какой-то идиотский оборот — пошла на свидание, а попала в милицию. Ленка умоляюще поглядывала на тяжелый, бритый затылок стража порядка. Милиционер возвышался над толпой будто утес.
Затылок его не реагировал на Ленкины взгляды.
«Ничего, — приободрила себя Ленка, — в милиции разберутся. В крайнем случае, позвоню маме…»
В конце концов они оказались в небольшой комнате с плакатами по стенам, живописующими опасность ядерной угрозы. Там были и советы, как спасаться при ядерном ударе.
Милиционер указал Лене на стул в дальнем углу, а субъекту приказал войти в другую, смежную комнату.
— Гражданин начальник, — заискивающе твердил Ленкин провожатый, — вы нас с кем-то перепутали. Мы законопослушные граждане, никого не обижаем, честное слово.
— Иди-иди, — с ухмылкой произнес милиционер и довольно-таки невежливо подтолкнул задержанного в нужном направлении.
Субъект обреченно вздохнул и исчез за дверью в сопровождении грозного конвоира.
Лена осталась одна.
Она растерянно оглядывалась по сторонам и ощущала себя крохотной мышкой, ненароком очутившейся в стеклянной банке. Воля — вот она, рядом, за стеклом, — а не сбежишь.
«Нет, маме звонить не стоит — шум подымет такой!»
Напротив висела картинка, на которой двое — темноволосый юноша и хорошенькая русая девушка — в обнимку бежали от вспучивающегося на горизонте атомного взрыва.
«Боже мой, — с тоской подумала Лена, — а ведь Вовка Пучков наверняка уже ждет меня на прежнем месте и не может взять в толк, куда я подевалась».
Вместо того чтобы потягивать коктейль в полутьме уютного бара, изображая из себя светскую львицу, она сидит где-то под землей на фоне инструкций по гражданской обороне.
Глупо.
Внезапно дверь — не та, за которой скрылись милиционер и Ленкин спутник, а входная — распахнулась, и на пороге возникла полная тетка с метлой в руках, в оранжевой жилетке.
Она удивленно воззрилась на Лену и выпалила:
— Батюшки, а ты кто такая будешь?
— Я — Лена Дежкина, — растерявшись, отвечала девочка.
— Что ты здесь делаешь, Лена Дежкина?
— Меня сюда привели… милиционер.
— Зачем?
— Не знаю.
Тетка поглядела на затворенную дверь и громким шепотом произнесла:
— Беги-ка ты отсюда, девонька. Делать тебе тут нечего. Беги от беды подальше…
— То есть как — беги? — удивилась Лена. — А разве можно?
— Все можно, если осторожно. Идем, я тебя выведу… А то сейчас начнут тебя пытать, протоколы составлять, родителей вызывать…
Напуганная нарисованной теткой перспективой (вызов родителей, пожалуй, пострашнее ядерной войны будет), Лена поднялась со стула и на цыпочках двинулась к выходу.
В этот момент ручка закрытой двери повернулась и дверь стала отворяться.
Лена испугалась.
Тогда тетка без лишних слов схватила ее за рукав и вытолкнула наружу.
Держа перед собой метлу, тетка неслась по платформе метро, расталкивая пассажиров и волоча за собой Лену.
Обернувшись, Лена заметила, что суровый милиционер быстрым шагом движется за ними следом, но не видит их, а только пытается высмотреть в толпе.
Тетка тоже увидела преследователя.
— Дело капут, — оценила она ситуацию и, прикрыв собой девочку, стала толкать ее к эскалатору.
До спасительной лестницы оставались каких-нибудь десять метров, когда словно из-под земли вынырнул еще один страж порядка.
Его форменная фуражка вспыхнула багровым околышем, будто сигнал опасности.
— Наплодились тут, — процедила сквозь зубы тетка, давая задний ход. — Ну, что будем делать?
— Не знаю, — пробормотала Лена, явственно ощущая, как у нее леденеют кисти рук. Все это было похоже на дикий сон, но только не такой красивый, как утром.
Она обернулась — и встретилась взглядом с суровым милиционером. Он прищурился и решительно направился к ней сквозь людской поток.
— Ой, мамочки! — прошептала Лена. К глазам сами собой подступили слезы. Вот-вот — и она расплачется.
— Давай сюда! — тетка толкнула ее в боковой проход.