Он - отец семейства. В наборе жена и двое детей. Осталось два последних ежемесячных взноса за ипотеку. Пример для подражания, а тут такой «удар судьбы». Работает это так. Можно вылечить его одним щелчком пальцев. Раз - и готово. Ага. Только всегда есть нюанс. Ты наладил пробоину на одной стороне корабля, теперь появится пробоина на другой. За выздоровление примерного отца семейства в провинциальном городке Калачинск на группу студентов, отправившихся в поход из Юсдаля в Хернесанд, во время сильного порыва ветра упадет старое дерево. Все четверо выживут, но один повредит бедро, а троим поломает ноги. Так и живем. Это жестокий мир и за четвертое место здесь медалей не дают...
Хорошая водка. Финская...
Что дальше? А дальше все просто. Нужно написать отчет. В котором, прежде всего, указываются «мотивы проступка», далее заполняется графа о «количестве исцелившихся», и, конечно же, графа о «количестве пострадавших». Люди - не скот. Поэтому по головам здесь считать не принято, разве что в случае масштабных войн или эпидемий, в которых непосредственным организатором является «офис». Я видел пару таких документов с гербовыми листами и золотыми печатями... Зачем нам золотые печати? Зачем нам вообще эти пустые апгрейды, усложняющие трудовые будни? Лучше бы новый принтер поставили...
Хватит ворчать... Все-таки финны знают свое дело.
Закуриваю еще одну сигарету и усаживаюсь на мраморе поудобнее.
На чем я остановился? Ах, да. Отчет. Когда поставлены все нужные «галочки», твой наставник проверяет отчет и подписывает его для сдачи в архив, если все заполнено верно. А что делать, если были дети? А что, если это священнослужители? У каждого события свои тонкости, и их спектр очень широк. Легко запутаться, когда у тебя первое имя и первое задание. Программа «стажер-наставник» работает прекрасно, но, поверьте мне на слово еще раз: для тех кто наверху, все одинаково равны. Все!
Едем дальше.
Теперь самое интересное. Первое время я думал, что по каждому делу собирается соответственный консилиум. Они сидят с серьезными лицами, спорят, хмурят брови и в конечном итоге приходят к общему мнению. Ага, как же! Простейшая система «плюс-минус». Излечившийся от рака спины в Калачинске - один плюс. Пострадавшие в Швеции - семь минусов. Да. Шесть ног и одно поврежденное бедро. Справедливо? По мне, так не очень. Так заканчивается история, как в тысяча девятьсот девяносто шестом году от рождества Христова я потерял седьмое имя. Зато на свет Божий с «ковра Всевышнего» явился Олег Кораблев...
Поднимаюсь победоносно по лестнице. Пролет за пролетом. Долго и лень копаться в плеере, а то поставил бы соответствующую музыку для эпичности.
Оказывается, на пятом этаже все это время, сидели китайцы. Китайцы - молодцы. Сейчас без китайцев никуда. Китайцы сидят даже в ирландском филиале! Нет, я не расист, я только в Бога не верю. Но китайцев, и правда, много.
Шестой этаж. Два охранника увлеченно травят друг другу анекдоты. Кивнул головой одному из них в ответ.
- Ну, короче, слушай. Попадает кучка атеистов на небо. А там, вместо Всевышнего сидит секретарь. Секретарь приветствует не отпетых, встает со стула и заходит за дверь. «Владыка, к вам посетитель». «Кто на этот раз?» - уточняет Бог. «На этот раз атеисты, Всевидящий». «Ну, тогда скажи что меня нет». - Глаза рассказчика блестели пенным азартом. - Ха! Словил? Такого не слышал?
- Не слышал, - бормотал второй.
- «Скажи, что меня нет»! Ха!
Я до сих пор не знаю, он один из наших или прокачанный простолюдин? Кажется, его зовут Егор. Лицо кирпичом. Ох, уж эти крестьяне! Ярко седые и короткостриженые волосы показывают всю красоту армейской ауры.
Седьмой этаж. Навстречу идет женщина. На голове черный платок. Смотрит в пол. Кажется, плачет. Любопытство берет вверх. Заглянул в ее глаза. Их нет. Жаль. Не только потому, что проходил это пусть не самое страшное наказание. Хочется верить, что те, кто выносит приговоры, действительно знают, что делают. Ирина рассказывала, что одну ее напарницу лишили зрения на три имени. В среднем это от трехсот до четырех сот лет. Добро пожаловать в добродетели.
Восьмой этаж. Успех. Я на месте. Здесь только одна дверь. Чем-то напоминает технический выход на крышу. Высохшая краска подчеркивает историческую важность здания, в котором находится наш офис. Перед смертью не надышаться, на пьянке не напиться. Выдохнул.
Тук-тук... Не найдется минутка поговорить о Боге? Нет? Тогда зайду в другой раз, а эти бумажечки я вам на стульчике аккуратно оставлю...
Не открывают...
Финская водка хороша, да выветривается быстро...
Стою пять минут. Быть понастырнее тоже не хочется...