Пройдя пару перекрестков, мы свернули в первый попавшийся салон красоты. Эмиль все так же уселся в кресло для ожидающих и снова взял буклет, но уже с модными прическами и стал рассматривать его с таким же нескрываемым интересом, как полчаса назад в зале ожидания паспортного стола рекламные буклеты кредитных систем, а меня сдал в руки профессионалов, подробно описав девушку, изображенную в моем новом паспорте.
Мне было все равно кем становиться. Стало даже все равно, что через полгода меня не станет, что появлюсь на свет, возможно, где-нибудь в нищенской Индии и снова умру в 23 года. Я приняла решение все оставшееся время потратить на хорошую жизнь, благо рядом оказался фокусник что надо - и деньги тебе - пожалуйста, и паспорта на выбор.
В ответ на мои размышления, он озлобленно взглянул на меня через зеркало, а я, убедившись, что он слушает мои мысли выдала:
«Парикмахер ничего такой…»
Эмиль осмотрел с ног до головы его волосы, одежду, крупные раскосые глаза и челку, спадающую на них, после чего брови моего спутника сошлись на переносице, и в голове прозвучал неумолимый протест:
«Он же ГЕЙ!?»
Не удержалась от смеха и этим поймала затуманенный вопросительный взгляд этого самого гея.
Эмиль поспешно зажал в руке коричневую книжицу, положил ее в задний карман брюк, затем огляделся и снова принялся со знанием дела перелистывать буклет, а у меня внутри все заледенело:
«Неужели все происходит всерьез? Я, конечно, люблю читать фэнтези, в детстве даже мечтала влюбиться в какого-нибудь бессмертного, но чтобы все так реально…всерьез…!? В общем, как-то чересчур волшебно… Не годится…»
Эмиль умилялся, слушая мои бредни - видела это по выражению лица и периодически издаваемым звукам, явно удерживающим рвущийся наружу смех.
Через полчаса предстала перед ним в новом облике брюнетки: длинные прямые волосы водопадом спадали на спину, дразня блеском. Эмиль сдержанно оценил результат, поблагодарил мастера, расплатился (не удивлюсь, если деньги достал из его же кармана) и вывел меня.
Его глаза искрились так, что я не могла четко объяснить своей натуре психолога, что именно он чувствует.
- Тебе это ни к чему! – ответил на мои мысли, улыбаясь.
- Можно хотя бы иногда не подслушивать?
- Это же так интересно! – по-детски возразил он.
- Кто б сомневался! – проворчала в ответ.
Около восьми вечера мы находились в аэропорту и выжидали своего рейса. Пока ждали, Эмиль поведал в каких городах я жила, а точнее жила героиня моего фэнтези.
- Рим – Дубаи – Лондон - Токио - Александрия (Египет). От Рима до Александрии – тебе 110 лет.
- Дааа… Где меня только не было, - протянула и заулыбалась, предвкушая путешествие.
Время тянулось медленно, а в голове волчком крутился вопрос, не дававший покоя с самой нашей первой встречи.
- Эмиль, - обдумывая каждое последующее слово, заговорила я, - Ответь на один вопрос…
Он уловил неровные интонации в голосе и вопросительно посмотрел на меня.
- Зачем ты в тот день пытался меня убить? – я вся сжалась пружинкой, опасаясь его реакции и ответа.
- Не понял? - только и ответил, ошарашено глядя мне в глаза и отчаянно пытаясь прочитать мои сумбурные мысли.
- Ладно, давай спрошу иначе… Ведь это ты был за рулем «ягуара», принадлежащего, кажется, Маркусу Вилману? Ты пытался наехать на меня?!
Он глубоко вдохнул и почесал затылок, нервно оглядываясь вокруг.
- Ответь, Ты или нет?! – напирала я.
- Я.
- Зачем? – несмотря на все совпадения, не ожидала такого прямого ответа.
- Это не моя вина. Не знаю даже как объяснить…
- Понятно, – вырвалось у меня.
- Что понятно?
- Что ты тут не причем! Что виноват Эдмон и так далее! А он в свою очередь тоже не причем, и вообще это несчастный случай, да?! – вскипела моментально.
- Послушай, да – это был я. Я собирался в тот день ехать за тобой до самого дома, потому что Эдмон не отходил весь день от тебя, а мне нужно было поговорить. Но его решение загипнотизировать тебя и направить под мои колеса – это наверное способ припугнуть меня и тем самым показать свои права на тебя. Я не могу точно объяснить, о чем он думал, делая это, но ты действительно сама развернулась на перекрестке и чуть не попала мне под колеса, только сделала это не сама, а его «руками».