В голове было одно: я должна найти способ вытащить его из другого мира, ведь он подарил мне вторую жизнь! Он говорил, что через три года кровь Эдмона исчезнет из моего тела, а это значит, я смогу быть с ним. Только теперь я понимала, как Эмиль мне дорог, и как я безжалостно и глупо оттолкнула подарок, сделанный судьбой.
Таким образом, я обзавелась целью, и поняла ради чего мне нужно жить.
Я уснула с его именем на губах, осознав, наконец, непреложную истину: любовь - коварное чувство и отмечает свои владения еще до того, как мы осознаем, что жить без человека не можем.
Только потеряв обоих, я поняла, что творится в моем сердце. Марелла потеряла одного Эдмона, и у нее не было выбора - она полюбила от жалости того, кого потеряла. Я потеряла обоих – и выбрала Эмиля осознанно.
Глава 2. Марелла Беготти
Я вылетела в Рим первым же рейсом. Разбитая и разочарованная, я не верила, что умею внушать так, как он. Во время посадки на самолет, билета на который не покупала, я сделала всего два внушения – контролеру и стюардессе, заявив им, что они уже видели мой билет и до конца полета не будут в этом сомневаться.
В Риме мне стало не на шутку страшно. Что я должна была сказать родителям Мареллы? Спустя столько лет объявить им, что их дочь жива? Или заявить, как в американских фильмах, что все это было инсценировкой, необходимой тогда, долгих тридцать лет назад? Если так, то я должна была выглядеть как шестидесятилетняя!
Как все это устроить и не попасть под подозрение? У меня не было никаких адекватных идей. Но я двигалась вперед, тем более, что красивыми словами сыт не будешь - я была на мели.
У ворот стариков Беготти я сжалась в комочек, и мне снова захотелось плакать.
«А что если меня прогонят и не дадут даже высказаться!?»
- Si! - произнес уже знакомый голос в динамик домофона.
Я вспомнила, как Эмиль щелкал пальцами, чтоб я могла понимать их речь, еле слышно сделала щелчок и затараторила на чистом итальянском:
- Могу я поговорить с вами, сеньора Беготти? Я знаю, что могу выглядеть глупо в ваших глазах, но мне нужна ваша помощь.
- Кто вы? – осведомилась старушка, пытаясь узнать голос, который, несомненно, уже слышала.
- Помните Эмиля Маркони? Я - его жена – Алана Маркони.
Повисла пауза, так и не нарушенная ее голосом, до тех пор, пока не щелкнул замок на входной двери, которую открыла служанка хозяйки.
- Прошу вас, проходите! – немного грубо произнесла та, не понимая причину поспешного решения хозяйки впустить девушку.
«Пока все хорошо…» - успокаивала себя мысленно я, - «Но что я ей скажу? Сказать правду, старушке, которая сама еле-еле держится на поверхности реальности, чтоб не сойти с ума? А что соврать, чтоб она предоставила мне жилье на неограниченный срок? Боже, это безнадежно!» - я готова была развернуться и зашагать прочь, но буквально заставила себя не делать этого.
- Входи, милая, - произнесла хозяйка, сидя за тем же столом, во фруктовом саду, где мы еще совсем недавно разговаривали втроем с Эмилем.
- Здравствуйте еще раз, - сглотнув слезы воспоминаний, сказала я.
- Что тебя привело сюда, и как это твой муж осмелился пустить тебя одну? – шуточным тоном начала она.
- Я… Я…
Да, я разрыдалась. Терпеть эту боль больше не было сил.
«Он в тот день назвался моим мужем - он хотел им быть, а я его уничтожила!»
- Милая, успокойся, - женщина встала и налила в бокалы мартини, а затем протянула один мне, - Все пройдет и это тоже! Ты главное не держи в себе! Расскажи мне, я постараюсь помочь, - успокаивала она, поглаживая меня по волосам дрожащими от волнения руками.
Я смогла собрать остатки воли в кулак и холодно произнесла:
- Эмиль пропал. Он исчез. Я пришла, сказать, чтоб вы не занимались больше его переводом. Мне нечем будет вам заплатить.
Затем я встала, чтоб уйти, но Марчелла взяла меня за руку:
- Постой, - она нервно кашлянула, - Тебе нельзя домой! Ты так плохо выглядишь, милая! Может, я смогу тебе помочь? Оставайся у нас на пару дней…
- Не могу, - врала я, манипулируя ею, как когда-то манипулировал Эмиль, - есть дела, которые нужно закончить. Спасибо Вам за заботу.