- Прости, детка, здесь только такое освещение. Ну-ка, дай я на тебя посмотрю, - заботливо заворковала Марчелла.
- Бабушка! Ты что здесь…
- Тихо! Не болтай, сейчас приготовлю что-нибудь покушать. Ты ведь голодна?
Я кивнула, все еще щурясь от яркого света.
- Отлично… Вот помидорчики, сейчас я на скорую руку, – бубнила она себе под нос, - Ты прости, я ничего не приготовила стоящего. Арнольд дома один и…
- Постой, сколько я спала?
Она отложила помидор и нож в сторону и, посерьезнев лицом, присела на край кровати:
- Два дня, милая! Я так испугалась! Только врачи успокаивали, убеждая, что ты не в коме. Сказали какое-то снотворное сильное…
- Конечно не в коме… Это же… Как же… - я резко вспомнила все, - Он жив?! Бабушка, он жив?! Я убила его?! Меня теперь осудят?!- почти кричала я, задавая вопросы один за другим.
- Да жив он, жив! Что ему сделается, подонку! – сквозь зубы ворчала она.
Я разжала кулаки, сжимающие простынь, и ощутила приятное головокружительное спокойствие.
«Все позади. Он жив. Жив! Алек жив…»
Наутро явился следователь и стал задавать ожидаемые банальные вопросы:
- Где познакомились?
- Как он относился к вам?
- Намекал на интимные отношения?
- Позволял себе свободу движений?
- Почему вы согласились с ним ехать?
И только на вопросы о том, как все произошло, мне пришлось врать:
- Мы ехали на огромной скорости, и когда я догадалась, почему именно теряю сознание – я вывернула руль в сторону, и мы врезались в столб. Прежде чем машина взорвалась, я выскочила из машины и он следом…
Он не дал договорить:
- Вы хотите сказать, что на скорости 140 км в час, машина врезалась в столб, после чего взорвалась, но вы оба умудрились вылезти без единой царапины и он еще был способен думать о сексе?!
- Да, - только и оставалось ответить мне.
- Вы что за идиота меня держите, сеньорита?! – вскипел он.
На его крики вошла бабушка и в не очень цензурной форме попросила его удалиться на неопределенный срок.
- Я еще вернусь, сеньорита Маркони. И если вы не скажете мне правду, у вас будут проблемы!
Услышав, как громыхнула за ним дверь, я прикрыла глаза и шепнула бабушке:
- Спасибо.
- Так как же все было на самом-то деле? – ненавязчиво спросила она.
- Я ничего не помню, бабушка, - нехотя соврала я.
- Тогда зачем врешь ему?
- Чтоб быстрее закончить весь этот кошмар!
Бабушка помолчала и тихо произнесла, четко выговаривая каждое слово.
- Я не буду вмешиваться в твою жизнь! Просто будь осторожнее. Я тебя люблю, Марелла, не забывай про это!
- Я тебя тоже, бабушка. Спасибо!
Как только она вышла, я не спеша поднялась с кровати и приподняла подушку. С краю лежал желанный конвертик. Я, наслаждаясь неровным биением своего сердца, сглотнула комок счастья в горле, мешавший дышать, и развернула письмо:
«Моя девочка! Все позади.
Это невыносимо все видеть и ничего не делать. Он за все ответит! Жаль только его нельзя убить так, как обычного человека – ножом.
Отвечаю на тревожащие тебя вопросы: если ты утверждаешь, что его клеймо – запах, что вероятно и вполне даже весомо, то значит, ты сама его выпустила. Он теперь в состоянии скопленной энергии способен вселиться в любое тело.
Почему я так не могу? Потому что, когда вселяешься в тело человека, его душа либо вытесняется, либо сжимается до таких размеров, что человек может сойти с ума. Делать такое - ЗЛО.
Он может почти все, что касается зла! Будь осторожна. Теперь он всегда рядом. Но пока он без тела - он не опасен. Вселяться он может только в мужчин.
Старайся, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, никого не убивать - это доставит тебе много проблем и не принесет никакого результата, кроме загубленных жизней. Убив того, в чье тело он вселился – ты не убьешь ЕГО!
И еще одно: НАЙДИ, НАКОНЕЦ, СПОСОБ ВЫПУСТИТЬ МЕНЯ К СЕБЕ! Я должен быть рядом! Схожу с ума, когда вижу, что тебе плохо.
Остерегайся Арнольда - он тоже мужчина.
От следователя ты можешь избавиться, как когда-то я избавился от назойливого соседа. Ты вспомнишь – ты была тогда рядом.
И не ищи сама встреч с Эдмоном. Он должен чувствовать твое спокойствие, а не желание отделаться от него.
Я люблю тебя.
Эмиль»
«От соседа? Внушением что ли?! » - сонно подумала я и расслабленно опрокинулась на больничную койку.
Теперь я спала, прижав к себе клочок бесценной бумаги.
Глава 8. Замести следы
Два дня спустя меня выписали из госпиталя и я, расхаживая по комнате, терзала себя мыслями об Алеке.