- Поговорим? – улыбнулся он, и я против воли вспомнила, как когда-то сходила с ума по его улыбке.
«Главное не поддаваться его чарам! Эмиль, я сделаю все, что в моих силах!»
Я села обратно на диван и от холода, вызванного страхом, натянула на ноги плед.
- Зачем тебе я? Я ведь не игрушка, - от страха мой голос звучал неуверенно, а он упивался страхом, как животное.
- Дело принципа! – рассмеялся он, - Не в этом соль.
- В чем тогда?
- В тебе, дорогая! И во мне. Тебе уже никогда не стать обычной.
- Что ты имеешь в виду? – не поняла я.
- Твой спаситель - он сделал усиленное ударение на этом слове, - совершенно не понимает самого главного: шесть раз ты рождалась заново. Это же не просто так? Из шести раз три - ты спала со мной! – он показал три пальца и сам весело на них взглянул, - Три раза из шести моя кровь смешивалась с твоей! На седьмой раз ты родишься такой, как я и этим скрепишь нашу связь.
- Ни за что! – в ужасе выдохнула я.
- У тебя нет выбора! – рыкнул он, - Это твое спасибо за бессмертие? За мою преданность и любовь?
- Я иначе представляла любовь!
- Твои проблемы! Если ты будешь умной малышкой, больно не будет ни здесь… - он провел по моей голове и волосам рукой, символизируя тем самым тело, -… ни здесь… - его рука нахально легла мне на грудь, символизируя сердце.
Я оттолкнула его и прищурила глаза:
- Меня от тебя тошнит!
- Тогда тебя ждет вечная ночь, - как и обещал твой ухажер! – с наигранным безразличием произнес он, откинувшись в кресле.
- Разберусь! – сдерживая слезы, выкрикнула я.
- Я дам тебе время подумать, но если ты ошибешься с выбором – я не позволю тебе дожить эту жизнь! И Волкодавом ты не станешь - сразу отправишься в пустоту! У тебя три дня, детка, - снова соблазнительно улыбнулся он и, подняв указательный палец, приказал не шевелиться.
Его ладонь прошлась по моей щеке и остановилась возле рта. Прикосновение было таким нежным и трепетным, что я на мгновение забыла, кому оно принадлежит. Большим пальцем он прошелся по моим губам, и я увидела, как параллельно его пальцу влажный язык медленно прочертил контуры его идеальных губ. Боже, как в этот момент мне захотелось плюнуть на все и отдаться мужчине, который был первым в моей нынешней жизни. Почувствовать жар его тела, который всегда принадлежал только мне.
«Эмиль был прав. Я всегда буду хотеть этого черта!»
А в этот момент его губы оказались в сантиметре от моего уха и он шепнул:
- Хочу тебя! Боже, как хочу! Прямо здесь и прямо сейчас! - затем его язык коснулся мочки и спустился вниз к шее, оставляя влажный след.
От дрожи возбуждения я потеряла способность соображать, но что-то внутри слабо протестовало:
«Эмиль, черт возьми, где же ты!»
Он оторвал меня с дивана одним движением, заставив обвить ногами его торс и руки по-хозяйски забрались под тонкую ткань халата, ощупывая ягодицы. Из его горла вырывался рык, а пальцы впивались в кожу:
- Да детка, я же вижу, ты тоже скучала…
Мне так не хотелось бороться! Я уговаривала дать себе еще секундочку – ведь главное, чтоб его кровь не смешалась с моей, а для этого я просто не должна ему отдаться.
Истосковавшаяся по мужскому телу, я сдалась – обвила его шею руками и вцепилась в густые волосы. Он посмотрел мне в глаза, не веря до конца в мое согласие, и самоуверенно улыбнувшись, стал целовать мои губы, изредка покусывая их от возбуждения. Я уже чувствовала его мужскую силу, и отталкивать становилось все сложнее. Когда его язык скользнул в мой рот, а руки сжали бедра, прижав меня к своей ширинке, я почувствовала желанное удовлетворение и решила, что пора заканчивать одностороннюю игру.
Краем глаза я уловила движение в темном углу комнаты. Сердце заклокотало. Увлеченный мной он ничего не заметил.
«Он ведь не знает, что я никогда не дам ему то, на что он надеется. И пусть мне грозит вечная ночь – не хочу больше быть его игрушкой!»
Мне было необходимо, чтоб он опустил меня на землю, иначе скажи я, что передумала, его ярость могла привести к нежелательным последствиям. Поэтому я ласково отстранилась и как можно спокойнее попросила:
- Дай мне время. Всего три дня. Ты и так уже выиграл. Просто дай смириться.
- Ты умная девочка и больше ничего не исполнишь,- нехотя выпуская меня из рук, произнес он, едва сдерживая злость, - Через три дня все или закончится или начнется заново.
- Дай слово, что не станешь за мной следить, - робко произнесла я, все больше опасаясь его гнева.
- Ты смеешься? Нееет, милая, я буду неподалеку! – наслаждаясь своей властью, произнес он, - Каждое мгновение!
Он поцеловал меня в губы, оглянулся напоследок и вышел.