— Да неужели?
— Да, — уверенно ответила я.
— То есть тебе всё равно, какая у твоего парня будет внешность?
— Да. А ещё я уверена, что и среди парней есть индивидуумы, которые не зациклены на внешности и для которых важнее содержание.
Яна рассмеялась.
— Нет, ты слышала? Внешность для них не главное? — издевательским тоном спросила она у Полины, словно меня рядом не было.
— Девочки, успокойтесь, — напряглась Полина, но нас уже было не остановить, каждая хотела оставить последнее слово за собой.
— Я уверена, что это так, — стояла я на своём.
— А что же ты такая умная и такая одинокая? Дальше первого свидания дело не заходит? А! Я поняла! Ты ещё не встретила того, кого заинтересует твоё содержание? Или, может быть, содержание подкачало?
— Просто мне этого не нужно!
— А может у тебя просто не получается заинтересовать так, чтобы тебя пригласили на второе свидание?
Тема свиданий была для меня болезненной, ущемлённое самолюбие неприятно заскребло внутри меня.
Мне бы перестать разжигать конфликт, но задетая гордость не дала остановиться. Была бы тут Лили, она наверняка не допустила такого исхода, но, к моему сожалению, она была сейчас на парах.
— Да если бы я захотела...
— Докажи!
— Вот ещё.
— Чего и следовало ожидать. Твои слова лишь яркий, красивый фантик, не более, — Яна презрительно выдохнула и смерила меня насмешливым взглядом. То, что она пользовалась повышенным спросом у мужской половины человечества, не давало права ей меня оскорблять.
— Как доказать?
— Сеня, прекрати, не стоит, — потянула меня за рукав ветровки Полина.
— Сможешь заинтересовать первого встречного парня так, чтобы он пригласил тебя на свидание, а после него пригласил на второе, а потом начал с тобой встречаться? Или ты только словами умеешь раскидываться: «С лица воду не пить», «Главное внутреннее содержание», – Яна постаралась изобразить меня, но, на мой взгляд, у неё получились кривлянья вымученной выдры.
— Смогу, — как можно увереннее произнесла я, ослеплённая злостью и обидой. Главное — кого-нибудь неприметнее выберу и обязательно смогу.
— Значит так. — Яна задумалась, а затем окинула меня насмешливым взглядом. — Сейчас кто первый мимо нас пройдёт. Вот на нём и будешь доказывать свои слова.
— Что? — опешила я.
— За месяц справишься? Как раз до конца учебного года, но если ничего не получится, обрежешь волосы, — она жестом показала уровень середины ушей, — и перекрасишься в рыжий. Раз внешность не главное.
Яна злорадно улыбалась, а я стояла, словно оглушённая ударом по голове. Это было подло. Ведь она знала, что я ненавидела свой цвет волос и с каким мучение каждый раз перекрашивала их в светло-русый. А ещё я никогда не оголяла свои уши, потому что они чуть-чуть топорщились и я дико этого стеснялась.
С первого класса меня дразнили рыжей, а особо талантливые дети пели песенку: «Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой». Во дворе меня обзывали рыжей уродиной. Во всём моём окружении не было ни единого человека с подобным цветом волос. Даже мама была брюнеткой, а папа был русоволосым. Я чувствовала себя изгоем, не такой как все, а мне до слёз хотелось слиться с общей массой, не выделяться, стать обычной, перестать привлекать к себе излишнее внимание.
Около года назад я уговорила маму на первое окрашивание и с тех пор тщательно скрывала свой цвет. Но когда становишься заложником одной квартиры на протяжении восьми месяцев, то невольно открываешь перед другим человеком свои слабые стороны.
— А если у меня всё получится? — спросила я.
— Что ты хочешь?
— Ты придёшь в Универ без косметики, в растянутых джинсах и линялой футболке и пригласишь Попова Захара на свидание, — выставила своё условие я.
Яна призадумалась, но тут же хитро улыбнулась, словно ни на секунду не сомневалась в своём успехе.
— Договорились, — она протянула руку, а я в ответ её крепко пожала.
— Зачем? — обречённо простонала Полина, — Вам, что спокойно-то не живётся?
Оглушительный рёв раненого мотора сотряс улицу. Меня накрыло ощущение, что я попала в сказку и сейчас увижу проезжающую мимо нас «лягушонку в коробчонке». Но это оказался всего лишь наглухо тонированный зелёный «Москвич», припарковавшийся во дворе университета.
— Вот это раритет, — недовольно протянула Яна. — Кажется, твои шансы на выигрыш увеличиваются, наверняка за рулём кринжовый чел, обделённый женским вниманием.