Анфиса развернулась к Василию:
- А кто тебе сказал, что я одна? У меня есть ученики, работа в школе, есть бабушка, дай Бог ей здоровья. А заскучаю, так можно и в город съездить. В музей сходить или в театр. Никто мне не указывает, как я должна жить. Спокойно могу пойти куда хочу и не отчитываться. Ем, что хочу, сплю когда хочу. А уж такого, как ты, и с доплатой не надо!
Она развернулась и пошла прочь от нахального провожатого. На душе было неприятно. Все она про себя знала и про внешность свою, но все равно. Одно, когда ты про себя так думаешь. И другое, когда про тебя так вслух говорят.
Открыв дверь, она вошла в дом. Бабушка Вера лежала в своей кровати и читала газету при свете ночника. Анфиса сняла пальто, разулась, прошла в кухоньку и поставила чайник на плиту. Села за стол, задумалась, глядя в одну точку. Когда вскипел чайник, она налила чаю в две чашки. В кухню заглянула бабушка.
- Ну как свадьба?
- Все хорошо, бабуль, Зоя прямо красавица сегодня! - улыбнулась Анфиса, подвинув вторую чашку с чаем. Потом нахмурилась, думая говорить-не говорить про приставания Василия? Рассказала.
Бабушка Вера нахмурилась. Потом глядя подслеповатыми глазами на внучку, сказала:
- Все ты верно сделала, Анфисонька, - потом помолчав, добавила - я как-то тебе говорила, что б ты не ерепенилась, если что. Так вот. Забудь. Я хоть и старая, да тоже ошибаться могу.
Бабушка подняла глаза на Анфису.
И вдруг они громко рассмеялись! Анфиса вскочила, изображая пьяного Василия, как он стоял у забора, как заплетались у него ноги. Она при этом еще слегка прибавляла, и поэтому было еще веселее. Потом девушка, выпучив глаза, изобразила, как влепила пощечину незадачливому жениху. Смешно кривя лицо, она передразнивала его слова, при этом старалась изображать слегка пьяненький голос. Бабушка весело смеялась до слез.
- Ох и повеселила ты меня, Анфиска! - грозила узловатым пальцем внучке, - хорошо, что в шутку все переводишь, милая моя!
- Знаешь, бабуль, я что заметила? Чем легче к ситуации относишься, тем быстрее на душе спокойствие наступает.
Они крепко обнялись и были одними из самых счастливых в деревне. Ну после молодоженов, конечно.