Искусство Русов только то, что обеспечивает воспитание вкусов, обеспечивающих выбор русской девой русского парня, а русского парня русской девы.
Почему «Проект», несмотря на внешнее неодобрение, в реальности, вполне лояльно относится к самым извращённым видам современной культуры, не противодействуя ей?
Потому, что истинная суть «Проекта», разрушение русского язычества (Родолюбия), уничтожения в сознании Русов чёткого отличия, кто свой, а кто чужой, уничтожения в сознании Русов ценности сохранения Рода Русов, как главного смысла жизни, то есть, главная цель «Проекта» - истребление Рода Русов. А «Проектная» культура выполняет ту же задачу, только иными формами, являясь, по сути, элитным «боевым подразделением» «Проекта», но работающим, якобы, обособленно, как наёмники в горячих точках - без военных билетов и знаков отличия. Мол, «мы к ним не при делах».
«Великая русская культура»?
С МОМЕНТА ПРИНЯТИЯ «ПРОЕКТА» РУССКАЯ КУЛЬТУРА ПЕРЕСТАЛА СУЩЕСТВОВАТЬ.
Идея обосновывать принадлежность культуры местом создания обеспечивает замещение исконно русской культуры культурой пришлых племён для последующего замещения самих Русов иноплеменниками. Определять культуру местом создания, это тоже, что определять принадлежность к народу местом рождения, принадлежность веры местом её распространения. Территориальный принцип определения принадлежности навязан ТОЛЬКО глупым Русам. Всё народы мира своё определяют сутью, а не формальными признаками. Хоть тысячу лет называйте собаку кисей, она кошкой не станет. Хоть тысячу лет величайте «Проектную» культуру «русской» она, как была, так и останется культурой именно того народа размножению, которого способствует.
Народная культура - это материализация веры (мировоззрения, духовных ценностей), обеспечивающих сохранение ДАННОГО народа.
Одно из отличий до «Проектного» творчества от «Проектного»?
Исконно русская языческая культура воспевала дела, а после воцарения «Проекта» - чувства.
Сравните, на чём концентрируют внимание наши древние мифы, былины, веды, саги. и на чём, так называемая, «Великая русская литература» «Проектного» периода?
«Великая русская литература»?
Произведения волков – те, что обеспечивают жизнь волков, волчьи ценности.
Произведения зайцев – те, что обеспечивают жизнь зайцев, заячьи ценности.
Произведения Русов – те, что обеспечивают жизнь Русов, ценности Русов.
Русские ценности сформулированы в ВъРе Русов.
Русской литературой может называться ТОЛЬКО та литература, что основана на ВъРе Русов.
С началом «Проекта» не стало «русской литературы». Сожжено всё, что создавалось Русами за тысячи лет до «Проекта». Чудом сохранились лишь единичные отрывки, да устные сказания.
Всё, что создано в период господства «Проекта» основано на чужих ценностях, является ЕСТЕСТВЕННО чужой культурой. Чужая культура та, что обеспечивает замещение Русов.
Все эти «Метания юного Вертера» в «Братьях Карамазовы» ни что иное, как оружие - навязывание Русам идеи субъективного поиска Создателя методом самокопания в лабиринтах воспалённого ума, сооружение в собственной голове «Ветряных мельниц» и «героическая борьба» с ними в собственных фантазиях.
Толстой?
Все Русы у него ущербны, а чернобровые «Наташи» - героини романа. Не случайны восточные предки рода Толстых.
В «Войне и мире» высмеяны идеи героизма, родолюбия – исконные ценности русской ВъРы, воспеты узкие семейные ценности, как будто роман писала баба. Формально выступая против церкви, в реальности всё творчество исповедует «Проектную» идею индивидуального спасения.
Сравните описание менталитета русских офицеров романиста Толстого с документальными мемуарами Белогвардейцев.
Гоголь?
«ее красному, полному лицу (румяное лицо – облик Русов), по которому проскальзывало что-то столь неприятное, столь дикое, что каждый тотчас спешил перенести встревоженный взгляд свой на весёленькое личико дочки».
Параска - Грицько:
«хорошенькая дочка с круглым личиком, с черными бровями, ровными дугами поднявшимися над светлыми карими глазами»
«загоревшего, но исполненного приятности лица и огненных очей»
«парубок в белой свитке, с яркими очами», «Какой же он хороший! как чудно горят его черные очи!» «как пристала к нему белая свитка!»
«Зелененький барвiночку,
Стелись низенько! А ти, милий, чорнобривий,