— Конан! Конан! — твердил король,— Там должен валяться его растерзанный труп. А вместо этого он… он сбежал! Он не человек, а сам демон! Я-то думал, за нападением на меня стоит Ксальтотун. Но теперь я знаю, кто это был! Боги и демоны! Конан пырнул меня!.. Аридей!
— Да, мой король!
— Осмотри каждый уголок во дворце. Быть может, он рыщет по темным коридорам подобно голодному тигру! Загляни в каждую нишу… только будь осторожен. Помни, ты охотишься не за цивилизованным человеком, но за кровожадным варваром, свирепым и сильным, точно дикий зверь! Обыщи хорошенько дворцовый парк, нет, весь город! Пели поставить оцепление у стен! Если окажется, что он уже скрылся из города — а такое вполне возможно,— возьми отряд конников — и за ним! Ты должен выследить его, как выслеживают волка в холмах! Поспеши, и тебе еще удастся его схватить!..
— Тут нам пригодился бы сверхчеловеческий разум,— сказал Ораст.— Не посоветоваться ли с Ксальтотуном?
— Нет! — порывисто воскликнул Тараск.— Пусть воины догонят Конана и расправятся с ним. Ксальтотун не сможет ничего возразить, если мы убьем сбежавшего пленника!
— Ладно,— сказал Ораст,— я, конечно, не чета ахеронцу, но тоже владею кое-каким искусством и повелеваю некоторыми духами, заключенными в материальную оболочку. Я постараюсь помочь.
Фонтан Траллоса находился примерно в миле от городских стен, недалеко от дороги. Дубовая роща окружала его плотным кольцом. Конан издалека расслышал мелодичное журчание; утолив жажду студеной водой, он без промедления направился к югу, где виднелись плотные заросли. Обойдя их, он заметил крупного белого коня, привязанного в кустах. Удовлетворенно и глубоко вздохнув, Конан уже шагнул к коню, когда насмешливый хохот, раздавшийся позади, заставил его стремительно обернуться.
Из непроглядной тени вышел человек, одетый в тускло поблескивавшую кольчугу. Это был не какой-нибудь дворцовый стражник в полированном нагруднике и шлеме со страусиным плюмажем. Перед Конаном стоял высокий, крепкий мужчина в боевом шлеме и серой кольчуге. Он принадлежал к особому классу странствующих воинов, которых можно встретить лишь в Немедии. Их ряды пополнялись теми, кто не сумел обрести рыцарское достоинство и соответствующий достаток либо утратил его; закаленные воины, посвятившие жизнь войне и поиску приключений.
Между ними существовали свои отношения, иногда они возглавляли войска, но сами не признавали над собой никого, кроме короля.
На более опасного врага напороться было мудрено.
Быстрый взгляд, брошенный вокруг, убедил Конана, что его противник находился здесь один. Конан вздохнул полной грудью, подбираясь всем телом в ожидании схватки.
— Я ехал в Бельверус по поручению Амальрика,— осторожно приближаясь, говорил тем временем воин. Звездный свет играл на огромном двуручном мече, который он держал перед собой, вынув из ножен,— Слышу, конь мой перекликается с чьим-то чужим, спрятанным в чаще. Дай, думаю, посмотрю, кому бы это понадобилось оставить в таком месте лошадь? Решил подождать — и, вижу, не прогадал! Я узнал тебя,— пробормотал немедиец.— Ты — Конан, король Аквилонии. Я думал, что ты погиб при Валкие под обвалом, но теперь ви…
Договорить не пришлось: Конан прыгнул вперед, как раненый тигр. Немедиец, будучи опытным воином, все равно не смог учесть быстроты, на которую в решительный миг способен был варвар.
Конан застал его врасплох; тот не успел ни рубануть тяжелым мечом, ни отразить стремительного удара. Кинжал короля вошел ему в горло, над шейным вырезом кольчуги, и, скользнув вниз, остановил сердце. Издав булькающий звук, воин зашатался и рухнул. Он еще не успел упасть, когда Конан безжалостно выдернул кинжал. Белый конь громко фыркнул, шарахаясь от запаха крови, от окровавленного клинка.
Покрытый потом, с кинжалом в руке, Конан замер, как статуя, вслушиваясь в голоса ночи. В лесу стояла тишина, если не считать сонного чириканья разбуженных птиц. Но потом со стороны города, далеко-далеко, резко прокричала труба.
Конан склонился над убитым и быстро обыскал его. Если этот человек и вез какое-то сообщение, то, вероятнее всего, устное.
Король не стал медлить: до рассвета оставалось всего несколько часов. Очень скоро белый конь мчался галопом по дороге на запад, а всадник его был одет в серую кольчугу странствующего воина-немедийца.
7
ЗАВЕСА РАЗДВИНУЛАСЬ
Конан знал: если он хочет спастись, нужно уходить, и уходить быстро. У него не возникло и мысли о том, чтобы спрятаться где-нибудь вблизи Бельверуса и отсидеться, пропустив погоню мимо себя. Он понимал — сверхъестественный союзник Тараска без труда его выследит. Отсиживаться и выжидать не в его натуре: открытая схватка, открытая погоня подходит ему куда больше. Он знал, что отрыв для начала был неплохой и он их еще погоняет, пробираясь к границе.