— Конечно, — улыбнулся Иден.
— И рыба, паук, многоножка… — Он хотел добавить «Смерть», но не смог произнести это вслух. Казалось, что она не принадлежит к тому же ряду. Несмотря на мерзость гигантского членистоногого, видение Смерти было куда более… пугающе настоящим.
— Да, это твои идеи, — подтвердил Иден.
— Они не похожи на мои, — нахмурился Тим.
— Почему?
— Ну, я бы не стал о таком думать. Я ведь никогда не видел такого попугая вживую. Не говоря уже о гигантской многоножке.
— Но они выглядят как то, на что ты бы обратил внимание? — спросил Иден, подняв бровь.
Тим невольно хмыкнул.
— Вот видишь. Ты так долго игнорировал свое творчество, что оно было вынуждено принять отчаянные меры.
— Я не… — начал Тим, но тут же замолчал. Иден усмехнулся.
— Но почему я вижу их в реальном мире? — спросил Тим. — Такого не случается с каждым неудавшимся писателем, насколько я знаю.
— Ну, я мог немного… помочь твоим идеям. — Иден хитро прищурился.
— Как? И, главное, зачем?
— Скажем так: я обладаю некоторыми навыками и умениями, и смог составить представление о том, как работает твое сознание.
— Но зачем⁈
— Мьюз сказала, что у тебя есть потенциал, — пожал плечами Иден. — Мне стало любопытно.
Тим задумался. Ему совсем не нравилось, что кто-то копался в его мыслях без разрешения, и неприятно было видеть свой разум в виде безжизненной пустыни; но при этом ему было удивительно спокойно здесь. Каким бы невероятным все это ни выглядело, в происходящем был свой странный смысл. Тим глубоко вздохнул, и воздух вдруг показался прохладнее.
— Видишь, Мьюз? — Иден звучал довольным. — Ясность часто приводит к облегчению.
— Не люблю ясность, — заметила она. — Она скучная. Но спасибо. — И она обогнала их, легко сбегая вниз по склону.
Тим посмотрел ей вслед — и с изумлением увидел впереди оазис. Он поспешил за Мьюз, погоняемый мыслью о тени и воде.
Когда они дошли до первых пальм, солнце опустилось ниже, скрывшись за высокой дюной неподалеку. Вечерний сумрак под широкими листьями был прохладным и тихим, будто это место никогда не знало зноя и песчаных бурь. В нескольких метрах впереди показался водоем; его темная блестящая поверхность была гладкой, как зеркало. Мьюз подбежала к берегу и нырнула в черную воду, пустив волны во все стороны. Иден опустился на землю в нескольких шагах от воды с величием арабского шейха.
Мьюз вынырнула, фыркая и плескаясь.
— Осторожнее, — окликнул ее Иден. — Не могу поручиться, что там внизу не водится ничего ядовитого.
Она снова фыркнула и медленно вышла из воды; мокрое платье вызывающе облегало ее фигуру. Иден вздохнул, снял платок с головы и бросил его Мьюз.
— Это зачем? — спросила она, поймав платок.
— Ты слишком привлекаешь внимание, дорогая, — заметил Иден.
— Ах, это, — она пожала плечами, склонив голову набок и вытирая платком мокрые волосы. — Не переживай, мы уже прошли этот этап. Я его поцеловала.
Повисшее молчание было таким тяжелым, что Тиму показалось, будто он может его потрогать.
— Ты сделала что? — тихо спросил Иден.
— Ой, брось! Ты же сам знаешь, какой он. Я бы никогда не протащила его сюда без этого.
Иден взглянул на Тима, который больше всего на свете желал раствориться в прохладном воздухе. У него не было ни малейшего желания становиться между загадочным незнакомцем и его соблазнительной подругой — да и вообще, это ведь она сама все начала! Тим хотел все объяснить, рассказать Идену, как Мьюз почти набросилась на него и как он всеми силами пытался устоять перед ее чарами. Ведь он отказался от ее «вдохновения», не так ли?
Но Тим прикусил язык. Мьюз могла начать первой — но он ведь и не возразил ничего тогда. И не возразил бы снова, если бы ситуация повторилась. Ощущение свободы, которое Мьюз подарила ему, было слишком сильным, слишком пьянящим, чтобы отказаться от него так просто. А раз так, Тим точно так же нес ответственность за тот поцелуй, как и Мьюз. Поэтому он встретил взгляд Идена — пусть и не смело, но не пытаясь отпираться.
Темные глаза смотрели на него холодно и спокойно. Тим пытался уловить в них хоть что-то — упрек, или понимание, может быть, — но так ничего и не увидел.
В этот момент за спиной у Тима что-то щелкнуло — и он мгновенно узнал этот звук. Тим резко обернулся, уже зная, что сейчас увидит, и отчаянно надеясь, что ошибается.
— Вау, — тихо протянула Мьюз.
Безглазая голова вынырнула из густых тропических кустов под ближайшей пальмой. Челюсти громко щелкнули, и длинное тело показалось следом, волнообразно изгибаясь на бесчисленных сегментированных лапках.