Она внимательно посмотрела на него, и на ее симпатичном лице промелькнуло сразу несколько разных эмоций — недоверие, удивление, симпатия…
— Вообще-то есть, — призналась она.
— Можно мне салфетку, пожалуйста?
Она молча протянула ему одну.
Наверное, разумнее было бы пойти в туалет и привести себя в порядок перед зеркалом — но Тим не хотел туда заходить. Бежевая плитка вызвала бы слишком много ассоциаций.
— Что случилось с твоим лицом? — спросил знакомый голос у него за плечом.
Тим повернул голову и увидел Идена; в его волосах элегантно блестело несколько капель.
— Кажется, попугай размок под дождем, — пробормотал Тим, глядя на теперь уже зеленую салфетку.
— Что? — Иден приподнял бровь, а затем усмехнулся. — Добрый вечер. — Он повернулся к бариста.
Тим взглянул на нее с любопытством. Девушка посмотрела на Идена полсекунды, и ее лицо стало неожиданно вдохновенным.
— Добро пожаловать, сэр, — ответила она с обворожительной улыбкой.
— Не могли бы вы приготовить нам две чашки чего-нибудь исключительного? — спросил ее Иден, улыбаясь в ответ.
— Конечно, сэр. Могу предложить вам «Осенний пряный…» —
— Нет-нет, не говорите мне. Я открыт для любых идей и люблю неожиданности. Ты открыт для любых идей? — спросил Иден у Тима.
Тим удивленно взглянул на него, внезапно осознав, что Иден включил в заказ и его кофе тоже. Он смущенно пробормотал:
— Только без молока. У меня аллергия.
Иден на мгновение задержал на нем внимательный взгляд, кивнул и снова повернулся к бариста.
— Одну чашку чего-нибудь совершенно неожиданного и одну чашку чего-нибудь неожиданного без молока, пожалуйста.
— Объем, сэр?
— Пожалуй, мы начнем со среднего и посмотрим, куда нас это заведет, — Иден совершенно точно подмигнул ей. Бариста расплылась в улыбке и начала пробивать их заказ.
Тим уставился на большое меню на стене за стойкой. Насколько он мог судить, любой возможный вариант «совершенно неожиданного» кофе выглядел ожидаемо дорогим.
— Я угощаю, — тихо, но отчетливо произнес Иден. — В качестве извинения за все… неудобства, которые тебе пришлось испытать по моей вине.
Тим продолжал смотреть на меню. Это предложение еще больше смутило его, и он не был уверен, что «совершенно неожиданный» кофе не доставит ему еще больше неудобств. Но отступать было уже поздно.
Он все еще стоял у кассы, смущенный и, вероятно, все еще слегка зеленый, когда Иден позвал его, держа две большие кружки в руках. Тим проследовал за ним к столику в дальнем углу.
— Можно задать тебе очень личный вопрос? — спросил Иден, ставя кружки на стол.
Тим, который в этот момент снимал свою мокрую куртку, замер.
— Да?
— Почему твоя куртка желтая?
— Не думаю, что до конца понимаю вопрос, — нахмурился Тим, вешая куртку на спинку стула.
— Ты подчеркиваешь свою заурядность везде, где это только возможно. Даже твоя аллергия — самая скучная и обыкновенная; в ней нет ничего романтического или захватывающего. Казалось бы, тебе было бы куда комфортнее носить что-то серое, или коричневое, или хаки — что-то такое же обычное и скучное.
Тим раздраженно глянул на Идена.
— Такими темпами одной кружки кофе может и не хватить.
— Вероятно, — Иден улыбнулся, ничуть не смутившись. — Но мне правда важно тебя понять.
Тим сел за столик, ничего не ответив.
— Какой из них мой?
— Тот, что с надписью «не Иден», я полагаю.
— Прекрасно, — пробормотал Тим.
Иден тихо рассмеялся.
— Ну так что насчет куртки? — спросил он снова.
Тим не ответил и вместо этого сделал глоток своего кофе. Он был не слишком горячим — но точно совершенно неожиданным. И… приятным.
Иден смотрел на него спокойно и очень внимательно. Как будто ему и впрямь было важно узнать ответ на свой глупый вопрос.
— Куртку выбрала Энн, — сказал Тим и почувствовал резкий укол в сердце.
— Кто такая Энн? — спросил Иден.
Тим поднял на него взгляд.
— Разве ты не знаешь? — спросил он, снова раздражаясь. — Думал, ты в курсе всего, что происходит в моей голове, разве нет?
— Да, — невозмутимо ответил Иден. — Но я могу видеть только то, что ты думаешь — или скорее даже чувствуешь — в данный момент. А есть много того, о чем ты вообще не хочешь думать.
— И не без причины, — пробормотал Тим, отпивая еще кофе. Иден продолжал смотреть на него, и Тим понял, что ему не отвертеться. — Я знаю Энн со школы. Мы ездили с ее родителями на побережье, и я где-то на берегу потерял свою куртку. Ее мать настояла на том, чтобы они купили мне новую. Это было четыре года назад; мне было восемнадцать. Мы зашли в универмаг, Энн нашла эту куртку и сказала, что я не могу отказаться, раз платят ее родители.