Он мог бы вернуться и попрощаться как следует…
Тим вышел из кухни, не сказав больше ни слова.
Это все было слишком большим искушением.
Тим не заметил, как прошла первая половина поездки через город. Во второй половине он наконец пришел в себя настолько, чтобы почувствовать стыд за то, как он ушел. Конечно, Тим совершал великое самопожертвование, отказываясь остаться у Энн, но она-то об этом ничего не знала. И он искренне надеялся, что и не узнает.
Ему следовало запихнуть свое глупое сердце куда подальше и начать вести себя, как следует. Он должен позвонить Энн утром и поговорить с ней, как нормальный друг. Он спросит, что она делала все то время, пока они не общались, и, если она спросит его о том же, он расскажет про свой ремонт. У них будет хороший, обыденный, приземленный разговор, и Тим не будет чувствовать, будто ему в грудь вонзают нож каждый раз, когда она с ним говорит.
По крайней мере, он постарается этого не чувствовать.
Тим вернулся домой в начале четвертого — но решимость держать себя в руках была настолько сильной, что вместо того, чтобы рухнуть прямо на пол, Тим сразу же взялся приводить квартиру в порядок. Он даже задумался, не сползает ли постепенно в ночной образ жизни — но Иден что-то говорил о том, что Тим особенно хорош, когда устает. Так что, возможно, это будет даже полезно для его нынешней «работы».
К шести часам утра оба стеллажа были собраны и стояли бок о бок в гостиной; книги заполнили их на две трети; ванна сияла финишным слоем эмали, а мешки с ненужной одеждой лежали на дне наполовину пустого, аккуратно организованного шкафа, ожидая, когда их отнесут в «Гудвилл».
Тим швырнул пустую бутылку из-под вина в мусорку, промахнулся, наклонился подобрать ее и осторожно положил в ведро. Он с удовлетворением оглядел квартиру, выключил свет и лег прямо на ковер в гостиной. Небо за окном медленно светлело; его перламутровое сияние заполняло комнату, окрашивая стены и потолок в нежные оттенки розового, голубого, охры и лимонного, и цвета смешивались, стекая по стенам к полу…
…Стук в дверь разбудил Тима. Он растерянно сел и посмотрел на часы; был полдень. Свет из окна лился ярко и прямо.
Стук повторился.
— Иду, — откликнулся Тим, поднимаясь, чтобы открыть дверь. Он был почти уверен, кто стоит за ней.
— Привет, — вежливо улыбнулся Иден. Тим сонно взглянул на него.
— Это не совсем «когда ты будешь готов», — пробурчал он.
— Плюс-минус час, — легко ответил Иден. — Сколько тебе нужно, чтобы быть готовым?
— Хмпф, — вздохнул Тим, потирая лицо. — Дай мне пятнадцать минут плюс завтрак.
— Интересная оценка времени.
— Плюс-минус чашка кофе, — буркнул Тим и ушел в спальню. Иден рассмеялся.
Тим вытащил штаны и футболку из недавно пополненного запаса и пошел в ванную. Эмаль еще сохла, так что он вымыл голову под краном в раковине, потом так же неловко сполоснул подмышки, заливая все вокруг водой. Тим побрился, почистил зубы, надел свежую одежду и вышел в гостиную, чувствуя себя на удивление готовым.
Сложносочиненный итальянский сэндвич, оставшийся после вчерашней «охоты за удовольствиями» оказался кстати — он избавил Тима от необходимости готовить завтрак.
— Тебе что-нибудь предложить? — спросил он Идена, который рассматривал новые стеллажи.
— Нет, спасибо. Впечатляет, если честно.
— Что именно?
Иден жестом обвел квартиру: — Все это.
Тим уставился на раненую руку Идена.
— Что случилось с твоей рукой? — внезапно спросил он.
Иден молчал мгновение.
— Это долгая история, — сказал он наконец. — А у нас мало времени.
«Он никогда не расскажет тебе всю правду», — прошептал вдруг голос в голове у Тима.
— Окей. Тогда расскажи, что случилось с моим ноутбуком и кто была та девушка? — спросил Тим, жуя сэндвич. Это был хороший ход — с набитым ртом он звучал достаточно безразлично.
— Старая знакомая, — ответил Иден спокойно. — Когда тебя втянули в Ноосферу, она забрала твой ноутбук, чтобы его никто не смог забрать.
— А почему она просто не отдала его нам, когда мы вернулись?
— Мы сейчас… не в лучших отношениях, — ответил Иден с сухой усмешкой. — Но Мьюз встретилась с ней и все уладила.
Тим какое-то время обдумывал это.
— Если вы с ней не в лучших отношениях, то зачем ей защищать меня?
— Это мои с ней отношения, а не ее с тобой, — ответил Иден невозмутимо.
— У тебя странные знакомые, — заметил Тим.