«Я же говорила тебе, что ты водишь отвратительно медленно», — сказала Ди, присоединившись к ним.
Тим прикусил язык. Стиль вождения Идена он откровенно предпочитал ее манере — но лучше было придерживаться изначальной версии. Он натянуто рассмеялся и направился ко входу, надеясь, что идет достаточно уверенно. Пара ступеней перед большими стеклянными дверями стали испытанием, но он решительно преодолел.
— Какая там должна быть квартира? — пробормотал Тим, пытаясь прочитать фамилии на домофоне. Ему понадобилось некоторое время, чтобы понять, что буквы были незнакомыми. На первый взгляд они выглядели как обычные, но были искажены и изменены до неузнаваемости.
— Ты видишь то же, что и я? — спросил он Идена.
— Зависит от того, что ты видишь, — осторожно сказал тот.
— Эти буквы.
— И что с ними?
— Я не могу их прочитать.
Иден посмотрел на него строго.
— Тим…
— Можешь позвонить Греям? — перебил его Тим.
Иден нажал кнопку. Домофон тихо зажужжал.
— Да? — отозвался нервный женский голос.
— Миссис Грей, мы пришли по поводу вашего мужа, — сказал Тим. Он надеялся, что микрофон не уловит, как задрожал его голос на последних словах.
Дверь щелкнула, и домофон замолк.
— Какой номер квартиры? — спросил Тим.
— Одиннадцать-ноль-пять.
Тим кивнул и направился к лифтам; Иден и Ди молча следовали за ним. В подъезде пахло мусором, табаком и прокисшим молоком. Тима опять затошнило; он сглотнул, чтобы унять желудок.
Кнопка лифта была выжжена сигаретой. Тим нажал на нее, но ничего не произошло.
«Он не работает», — сказала Ди, прикладывая руку к дверям лифта.
Одиннадцатый этаж. Тим выругался про себя. Он это не осилит.
Вдруг зазвучала мягкая, спокойная музыка. Тим обернулся. Иден стоял с флейтой, поднесенной к губам; его глаза были закрыты. Раздался тихий щелчок, а затем шум спускающегося лифта. Иден не останавливался. Двери открылись, и он вошел в кабину, продолжая играть.
«Быстрее», — подогнала Тима Ди глухим эхом. Она нажала кнопку одиннадцатого этажа, и музыка поднялась на октаву выше.
Поездка казалась бесконечной — или так думал Тим, которому было очень трудно стоять на ногах.
«Возьми себя в руки», — велел он себе мысленно с нажимом. Ди посмотрела на него удивленно.
— Ой, прости, — пробормотал он. — Я не тебе.
Эхо фыркнуло у него в голове.
Наконец лифт остановился, двери открылись, и они вышли в унылый, мрачный коридор. Иден опустил флейту; его лицо выглядело изможденным.
«Сюда», — сказала Ди, собираясь пойти направо. Иден внезапно жестом остановил ее.
— Думаю, Тим должен пойти один, — сказал он тихо.
Ди хотела возразить, но Тим перебил ее:
— Иден прав. Мне, наверное, придется сказать ей что-то успокаивающее, выразить соболезнования, и так далее. А с вами двумя это будет нелегко — ее муж пытался убить одного из вас, а другая убила его самого.
Иден мрачно усмехнулся. Тим видел, что Ди это не нравилось — ее глаза сузились, а на лбу появилась сердитая морщина. Она посмотрела на Идена с недоверием и вздохнула.
«Хорошо», — эхо мягко раздалось в голове Тима. — «Но будь осторожен».
Он молча кивнул. Для осторожности на самом деле уже не осталось места — он с трудом цеплялся за то, чтобы оставаться в сознании. Но и места для страха тоже не было, так что Тим решительно пошел по коридору; потертый ковер заглушил звук его шагов. Запах здесь был не таким ужасным, как внизу, но воздух был тяжелым и спертым.
Тим остановился у двери с тусклой табличкой «1105» и постучал.
Вокруг стояла мертвая тишина. Это было странно — двери не выглядели достаточно толстыми, чтобы заглушить звуки из квартир, но Тим не слышал ни разговоров, ни бормотания телевизора, ни стука посуды, ни гула пылесоса. Казалось, в здании никто не живет.
«Это бы объяснило, почему не работал лифт», — подумал Тим.
Как только он решил, что ошибся дверью, замок щелкнул, и из узкой щели выглянула крошечная седоволосая женщина в бледно-голубой блузке и темной клетчатой юбке.
— У вас есть новости про Уинстона? — спросила она тонким усталым голосом.
Тим кивнул.
— Боюсь, что да. Я могу войти?
Она помедлила, и ее маленькие черты лица заколебались между подозрением и тревогой. Но тревога победила.
— Проходите, — почти прошептала она и распахнула дверь.
Квартира была плохо освещена и завалена всяким хламом. Казалось, ни у одной вещи не было своего места — все лежало в беспорядке, как попало. Тим с трудом прошел за миссис Грей в гостиную, стараясь ничего не задеть. Сапоги, одежда, старые газеты, пустые коробки из-под хлопьев, новые упаковки туалетной бумаги были раскиданы повсюду. Миссис Грей сгребла кучу вещей с кресла и растерянно поискала, куда бы ее положить. Не найдя места, она бросила вещи на пол и жестом пригласила Тима сесть.