– И что ему от тебя надо было? – насторожился Белицкий.
– Спрашивал, как расследование идет и что новенького в этом плане у нас появилось. Какие, по моему мнению, есть перспективы по раскрытию… Ничего нового я ему не сказал, к тому же он служит в оперативно розыскном и просекает ситуацию не хуже меня. Минут эдак двадцать поговорили на эти темы, потом он отстал от меня.
– Ну вот, видишь, тебя уже пытаются прощупать. Думаю, ты сам догадываешься, в чем тут дело. Конкретные предложения с его стороны были?
Сотник покачал головой:
– Нет, а сам я форсировать события не решился… Кстати, Романыч, есть ли какие еще новости из министерства? Дата совещания по нашему вопросу уже назначена?
– Да. Ты не поверишь – на тринадцатое число. На все про все у нас осталось не больше недели. Совещание будет проводиться в узком кругу, чтобы предотвратить возможные утечки информации. Велихов, начальник антикварного отдела главка, готовит подборку материалов по Уолтмэну и основным зарубежным участникам «янтарного бизнеса», включая посредников.
На мою долю выпал Казанцев и весь комплекс вопросов, связанных с положением дел на Янтарном комбинате и производством художественных ценностей из янтаря. Вместе мы попытаемся доказать далеко не бесспорную вещь – Алексей Казанцев, наш «янтарный барон», вернее контролируемые им структуры, в условиях строжайшей секретности вот уже несколько месяцев работает над изготовлением дубликата царскосельской Янтарной комнаты.
– И это, насколько я понял, далеко не весь твой замысел?
– Я намерен подготовить отдельный доклад по «кенигсбергскому следу». И особый упор хочу сделать на анализе событий первого и второго мая, иначе мы рискуем повторить трагические просчеты наших коллег из военной разведки и госбезопасности.
Белицкий устало потер тыльной стороной ладони высокий, с поперечными бороздками морщинами лоб. Затем посмотрел в упор на Сотника – в его взгляде сквозило скрытое напряжение.
– Бушмин – это архиважно. Ты контактировал с ним второго мая. Сейчас ты еще раз, в подробностях, расскажешь всю эту историю. Напряги память, важны тончайшие нюансы. Эмоции, мимика и тайные мысли. Тебе придется сыграть сразу за двоих: за себя и за Бушмина. Мне нужен эффект присутствия. Я хочу разобраться, что же там в конце концов произошло и почему Бушмин в пиковой ситуации повел себя столь неожиданным образом. Задачу понял?
– Как прикажете, начальник, – без всякого энтузиазма ответил Сотник. – Не знаю только, с какого места крутить пленку.
– А я подскажу. Итак, возвращаемся к событиям второго мая. Время – примерно 14.15. Во дворе крупнопанельного девятиэтажного дома по Некрасова наблюдается скопление транспорта и людей. Да – несколько десятков людей в форме и без, включая и зевак. Двое санитаров только что затолкали тело Демченко в чрево спецтранспорта…
Глава 3
Двое дюжих санитаров, кряхтя от натуги определили тяжелую ношу в холодное чрево «труповозки». Оперативник привычно засек время по наручным часам – 14.15.
Вздохнув, Сотник бросил под ноги докуренный до фильтра окурок. Нужно подниматься наверх, в разгромленную квартиру Демченко. И в тот самый момент, когда он уже готов был двинуться к подъезду, метрах в пяти от него, чихнув выхлопной трубой, остановилась бежевая «волжанка».
Кого это еще черт принес?
В общем то, это чистая случайность, что его взгляд зацепился за пассажира, расположившегося на заднем сиденье легковушки. И если бы не утренний разговор с Белицким, то вряд ли он обратил бы внимание на прибытие человека, за которым нынче охотятся сразу несколько ведомств, включая сволочей «вервольфов». В распоряжении Стаса был лишь один снимок Бушмина, увеличенная копия фотографии на водительские права, добытой через картотеку ГАИ наряду с фотоснимками всех владельцев «Жигулей» 8 й и 9 й моделей цвета «коррида». Вероятнее всего, Сотник не признал бы оригинал по неважнецкой копии, но при осмотре квартиры Демченко оперативники обнаружили солидную пачку фотографий – очевидно, сволочи в спешке не обратили на них внимания. На доброй дюжине снимков в компании с покойным теперь уже Демченко был запечатлен его однокашник по КВВМУ и однополчанин Андрей Бушмин.
И что теперь прикажете делать, спросил самого себя Сотник. Попытаться «тормознуть» Бушмина, благо это не составит труда – рядышком прохаживаются двое коллег Демченко при полном параде да несколько сотрудников райотдела в «брониках» и с «калашами» на плече.