Так, например, в Румынии Чаушеску подобная практика дала всплеск голодным многодетным семьям и к тому, что в генетике социалистических румын стала замечаться крайняя мелкость... Так что тёте Стерве ещё повезло. Не родив от нелюбимого человека, она вскоре возвратилась в столичный Киев, хорошо усвоив урок социальной ненависти, оставалось только найти, кого бы ненавидеть ей впредь. Женщина!
А тут вскоре в киевской больничке умерла её мать, и Надежда решила возненавидеть последнего земного врача своей внезапно усопшей матери. Аарон Моисеевич Земельман был военным клиницистом и в принципе хорошим врачом и в роли участкового, но в ту пору в стране проходили похороны Вождя и дело врачей-отравителей было у всех на слуху.
Плюс извиняющийся характер самого Аарона Моисеевича, к мнению которого прислушивались хирурги одного из фронтов во время войны, она принимала за врачебную слабость и даже за насмешку, а врач-то сам извинялся перед дочерью не только за смерть матери, но и за хреновое оснащение районных поликлиник, за дошедший до него не материнский, а перепутанный чужой анализ мочи, да мало ли ещё за что, за то, что выжив в период массовых расстрелов в Бабьем яру, за то, что вымели его из военного госпиталя, подполковника медицинской службы за одну только еврейскую картавинку... ещё не заглядывая в его военный билет.
Одним словом, Аарон Моисеевич был слаб и никем собственно не прикрыт, ассоциировался у начитанной Надежды со скраденным Гобсеком, мол, будь бы у нее деньги, а не одни продовольственные и вещевые карточки, мать бы точно была жива... Одним словом, будущая тётя Стерва стала свято ненавидеть евреев, выискивая их литературные образы во всей классической литературе и записывая для себя в странную особую картотеку.
Картотека оттого оказалась странной, что получалось согласно её же собственным литературным разведкам, что евреи спасали духовные ценности и субсидировали королей, давая европейской цивилизации деньги для развития, а образы еврейских стариков она сравнивала с реальными ликами сельских клуш, и получалось, что и те, и другие - цвайн, то есть друг друга стоят. Но ненавидеть же кого-то слабого и безответного, которого она могла поставить на своё место и прицельно высмеять, было надо...
Надо! И Надя возненавидела окрестных евреев, возвращавшихся из дальней эвакуации. Это такие как она сеяли выдумки о том, что все евреи купили свои правительственные награды в Алма-Ате и Ташкенте. Тбилисо не рассматривалось, потому что Грузия была родиной Сталина!
Кто давно читает мои посты, тот уже способен зреть между строк - мои всегдашние и ненависть, и отчаяния. Зачем Гошем забросил меня в эту страну крайне неумных людей, сеющих ненависть и пожирающих шашель. Как так случилось, что рухнула система идеалов, этических норм, образования и явился общенациональный всепобеждающий хам безо всякой этноподложки. Хам, как всеядно-национальное явление, хам пожирающий государство и личность... Я или наложу на себя руки, или уеду, или уйду во внутреннюю эмиграцию... Это не страна и при нынешней не фартовой раздаче таковой по сути, так скоро уже не будет...
9.
Врут все, врут всеядно и многопланово, врут отвратно и с дриблингом на не состыковках. Теперь уже ясно - конфликт не на года, на десятилетия. И начинают мужички - каждый сам по себе - вокруг собственной самости огород городить...
На горе террикон, а под ним батальон,
кто поляжет в ночи, кто живой - не кричи...
Так что снайперские лютые дуэли уже принялись величать биатлоном. Что-нить и для нищего старичья подберут, типа не пузато горбатеньких... Не пропустят и замшелую память со скучным притиском: Голодомор, Бабий яр….
«И сам я, как сплошной беззвучный крик,
Над тысячами тысяч погребённых,
Я - каждый здесь расстрелянный старик,
Я - каждый здесь расстрелянный ребёнок,
Ничто во мне про это не забудет!»
"Бабий Яр" Евгений Евтушенко
На 1941 год евреи составляли 30% населения Киева, после 29-30.09.1941 меньше 1%. Сегодня годовщина убийств фашистами разных национальностей людей - детворы, женщин, стариков - в Бабьем Яру в Киеве... Я склоняю голову перед их памятью и плачу.
А ещё верю: Провидение рано или поздно вытравит с земли всю ту нечисть, причастную к гибели безвинных, организовавшую и исполнившую это невиданное злодейство. Без следа. Не может и не будет по другому. И это Справедливо
Убито от 100 до 200 тысяч человек. Украинская историография 27 лет врет, врет, врет... С этим бороться почти невозможно... Время не прощает карателей без оглядки на национальность...