Охрану внутри тоже убрать довольно просто, даже одним человеком. Мужики они, конечно, здоровенные, но экспансивная пуля сорок пятого калибра на габариты цели внимания не обращает. К тому же в храме всю ночь громко бьют барабаны, и как умрет охрана, там не услышат. Проблему может составить только внутреннее помещение, где и происходит ритуал. Там может находиться до пятнадцати человек, то есть по пять рыл на каждого из нас. Что довольно много. А бросать туда гранаты или палить из подствольников особо не рекомендуется, в километре от храма начинаются пригороды, где и расквартированы отряды Путе. Конечно, мы должны успеть уйти, но рисковать все равно не стоит. М-да… вот это сказанул… Сознательно залез считай в пасть к крокодилу и теперь рассуждаю о риске… Ну да ладно, поздно уже что-либо менять.
Общий план операции выглядел так: мы вылетаем из Петерсберга вечером, три часа в полете, садимся на аэродроме в 30:00. По пути переодеваемся в капитульскую военную форму. Нас уже ждет машина, и мы в составе колонны выезжаем в представительство в Манделу. Но, проехав два блокпоста местных революционеров, за два километра от усадьбы уходим из колонны и направляемся к заброшенной ферме недалеко от нее. Там опять переодеваемся и пешим порядком выдвигаемся к усадьбе. У усадьбы мы должны быть в 01:30. Мари остается в близлежащих развалинах и с ночным биноклем контролирует ситуацию. Мы делаем своё дело и вместе с ней несёмся назад к машине. Снова меняем шмотки, подаем сигнал, и в 03:00 вливаемся в колонну Капитула, уже возвращающуюся на аэродром. Там садимся в самолет – и домой. Мари гостит у нас еще сутки и вылетает на Нью-Авалон. Вроде все просто, но ничего простого, как известно, не бывает.
Мы, а верней я, решили экипироваться автоматами UMP с открытыми коллиматорами, глушителями, инфракрасными целеуказателями, с боезапасом в восемь магазинов к каждому. Как дополнительное оружие – пистолеты Мк-23 c тем же набором оборудования, только без коллиматора, и дополнительных четыре магазина. Брали еще по дымовой гранате М-18 и по две осколочные М-67 на каждого. Шлемы с ПНВ и плейт-карриеры, черный камуфляж. Я подумал и решил еще прихватить с собой гранатомет ГМ-94 с восемью осколочно-фугасными гранатами. Он с боезапасом отлично размещается в легком ранце за спиной. Еще подумали и решили, что снайперская винтовка G-28 с боекомплектом и еще один ГМ-94 тоже будут не лишними. Оставим их с Мари на наблюдательном пункте. На случай вероятных осложнений. Осложнений не хочется, но встречать неожиданности следует во всеоружии. Если успеем, конечно, до того оружия добежать. Впрочем должны, даже при полной экипировке, то есть со всеми дополнительными нужными мелочами в карманах и ранцах мы остаемся вполне подвижными, да и два километра передвижения в пешем порядке – дело не чересчур трудное. Проверено во время тренировок.
К концу дня проложили маршруты выдвижения к охранникам, согласовали очередность действий и распределили роли внутри помещения. Всё, в принципе, получалось довольно неплохо и слаженно, но мы все равно продолжали работать до тех пор, пока не попадали с ног. На завтрашний день я запланировал тренировки со стрельбой, и мы укатили домой.
Вечер, как водится, провели в шезлонгах у бассейна, с бокалами местного вина в руках. Горничная до отвала накормила нас очень вкусным блюдом с непроизносимым названием, где удивительно гармонично соседствовали креветки, свинина, ананасы и картошка, и, выслушав похвалы, ушла домой. Садовник тоже получил свою долю благодарности и благополучно свалил. Мне кажется, как хозяева, мы им очень нравимся. Земфиру вот только не устраивает, что я ее не употребляю, как мужчина женщину. Руди, оказывается, естественно, втайне от Ольги, периодически горничную пользовал и как мужчина был еще хоть куда. Земфира это все считала само собой разумеющимся дополнением к ее прямым обязанностям горничной. Она мне об этом так прямо и заявила, улучив момент, когда женушки были подальше.
– Хозяин… Хозяин, я вам не нравлюсь? – неожиданно прижалась она ко мне на кухне.
– Нравишься… – я от неожиданности чуть не упал в холодильник и на всякий случай отошел подальше. От нее и от холодильника.
– Почему тогда хозяин меня не трахает? – Личико служанки выражало искреннее недоумение.